© Данная статья была опубликована в № 23/2007 журнала "История" издательского дома "Первое сентября". Все права принадлежат автору и издателю и охраняются.
  •  Главная страница "Первого сентября"
  •  Главная страница журнала "История"
  •  Сайт "Я иду на урок истории"
  •  Содержание № 23/2007
  • Вспомнить всё!

     

    ВСПОМНИТЬ ВСЁ!

    А.В. Филиппов. Новейшая история России.
    1945—2006 гг.: Книга для учителя.
    М.: Просвещение, 2007.— 494 с.

    Новое учебное пособие, представляющее собой набор идеологических ориентиров для авторов будущих школьных учебников, вызвало естественный интерес в профессиональной — научной и учительской — среде. Пожалуй, впервые с момента появления на политической карте мира нового Российского государства, общественности рекомендован правильный подход к современной (послевоенной) истории.

    Почему такая роль отведена именно этому пособию? Кажется, у него есть несколько весомых достоинств, способных произвести благоприятное впечатление на определённую часть властной элиты: история России недавнего советского прошлого и нынешнего настоящего представлена как летопись героических будней несдающейся «осаждённой крепости», никогда ни перед кем не склонившей головы и, тем более, колен. Наша страна показана как отдельный архипелаг-цивилизация, где жизнь сурова, но духовна, где власть строга и порой даже жестока, но свято охраняет Россию от врагов.

    Правда, не для всех эти достоинства бесспорны. Более того, ряд экспертов, наоборот, отмечает очевидные недостатки пособия, считая, что история нашей страны в нём сознательно мифологизируется и упрощается; что в пособии создаётся образ генетически неспособного к демократии народа, всегда выбирающего сильное патерналистское государство даже в ущерб собственным правам. Понять, чья точка зрения более объективна, можно, во-первых, прочитав книгу, во-вторых, как минимум, проанализировав предложенную в ней трактовку ключевых моментов послевоенной истории.

    Характерно, что пособие построено таким образом, что советская история разбита на временные отрезки по принципу — какой руководитель был у руля государства. Точно так же в советских учебниках структурировалась дореволюционная история — по времени правления русских царей. Они определяли эпоху. Так было, так и осталось. Именно это является стержневой методологической и концептуальной идеей: роль личности правителя, первого человека в государстве, практически определяет судьбу русской истории. Чтобы в этом не оставалось сомнений, автор заканчивает каждый раздел «информацией к размышлению» о том или ином генсеке (вероятно, забывая про неизбежно возникающие аллюзии: в легендарном фильме под этой рубрикой давались характеристики руководителей Третьего рейха).

    Главное послесловие посвящено Сталину, безусловно, ключевой фигуре советской истории. Автор заявляет, что фигура Сталина воспринимается в общественном сознании противоречиво. Правда, после этого перед нами предстаёт достаточно однозначный образ скромного вождя-патриота, «красного монарха», которого, со слов его дочери — Светланы Аллилуевой, раздражал культ его личности, но который вынужден был этот культ терпеть, так как понимал, что «русский народ — царист». Это был человек, по словам уже Уинстона Черчилля, принявший страну с сохой, а оставивший её с ядерной бомбой.

    Надо подчеркнуть, что автор неоднократно, так или иначе, прямо или косвенно, сравнивает Сталина с великими деятелями Запада. Примечательно, что делается это для объяснения тех или иных крутых мер, предпринятых советским деспотом в отношении своего народа, по аналогии с «похожими» сюжетами в западных демократиях. Так, предвоенная ситуация в СССР вдруг сравнивается с ситуацией после 11 сентября 2001 г. в США: и там и там, оказывается, обстоятельства требовали временного ограничения людей в их правах. Есть упоминание и о Бисмарке, вынужденном применить жёсткие меры во время подготовки к Франко-прусской войне. Таким образом, Сталин оказывается в респектабельной компании Бисмарка, Черчилля и Буша; в заключение возникает и фамилия генерала де Голля.

    Но нас всё же в большей степени интересует внутренний круг предтеч самого популярного руководителя советского государства. Получается, что это Иван Грозный и Пётр I. По мнению автора, именно они, неизбежно жестокие русские самодержцы, были и наиболее успешными правителями, отличавшиеся тем, что «осознавали особенности своей страны. Две главные: суровый климат и огромные, трудно связанные между собой пространства. Отсюда роль государства, исключительно важная во всех развитых странах, но критически необходимая в российском случае. Страна нуждалась и нуждается в консолидирующей силе». Это уже буквально заключительные слова книги, но мысль о том, что государственность в России является её наиглавнейшей ценностью, что народ, общество «обречены» на патернализм государства, прослеживается с первой до последней строчки этого пособия.

    А.В.Филиппов настойчиво проводит мысль, что Россия «…незападная страна». И далее, подчеркивая её врождённую независимость, ставит окончательный диагноз: «Невозможно изменить то, что является частью национального характера: никогда не быть ничьим сателлитом, идти на жертвы ради самостоятельного места в истории, ради свободы выбора будущего, ради сохранения выбора у грядущих поколений».

    О каком при этом «выборе» идёт речь, не совсем понятно.

    А вот по поводу жертв — разговор особый.

    Многие уже отмечали, что книга, посвящённая советской истории, почти обходит стороной массовые репрессии. О них написано немного. Формально всё как будто есть, но это всего лишь отдельные короткие куски и кусочки, разбросанные по тексту и похожие на фрагменты расчленённого трупа, который хотят скрыть.

    А всё остальное место в книге занял разговор о других сюжетах. И вот он, вывод автора: «Сталин — наиболее успешный руководитель СССР».

    Нам могут возразить, что этот вывод основан на социологическом опросе — так думают современные россияне. Здесь попутно следует отметить ещё одну характерную деталь: пособие опирается на общественное мнение. Народ как главный экзаменатор выставляет подлинную оценку правителю, он мерило правды и лжи. Сталин, получается, сдал свой экзамен на пять с минусом. Как, впрочем, и вся наша история. Минус — это репрессии. Да, пострадали люди, да, это достойно осуждения, но, во-первых, пострадал в основном правящий класс, что было вызвано «стремлением обеспечить максимальную эффективность управленческого аппарата», а, во-вторых, сколько всего было сделано на благо страны: и достижения в науке и образовании, индустриализация, победа в войне, присоединение новых территорий. Правда, при этом походя замечается: «о безопасности жизни в сталинские времена говорить не приходится», «уровень жизни оставался низким», «репрессии не способствовали нравственному климату в стране».

    Действительно, «уровень безопасности» был чрезвычайно низок, но автор почти совсем не конкретизирует масштаб опасности. «Масштаб задач» упоминается постоянно, а «масштаб издержек» — нет. Вкратце восполним этот пробел: к моменту смерти Сталина в ГУЛАГе официально числилось 2,7 млн человек, из которых более половины считались «политическими», еще 2,75 млн обитало в спецпоселениях. К этому можно добавить 3,3 млн человек, представителей двенадцати репрессированных народов, подвергшихся депортации, и 300 тыс. репатриантов, официально арестованных НКВД сразу же после войны. Очевидно, что среди всех этих людей были не только представители «правящего класса», пик репрессий против которых пришёлся на 1937—1938 гг. и составил не более 25%. Эти цифры общеизвестны, почему же автор почти не упоминает о них? Как и обходит молчанием, к примеру, Солженицына: его произведений нет в списке учебной, справочной и даже дополнительной литературы, используемой автором. Сам А.В.Филиппов, вероятнее всего, читал «Архипелаг ГУЛАГ», почему же он лишает такой возможности молодое поколение? Наверное, он считает такое чтение «непозитивным», способным понизить высокий балл нашей истории, который он ей выставляет в своём пособии.

    А пока что — пять с минусом. В минус входят преступления и ошибки руководителей. Руководители не безгрешны, и у них были «роковые» просчёты. Хрущёв отменил личные приусадебные хозяйства, Брежнев привязал экономику к экспорту нефти, Горбачёв провёл антиалкогольную кампанию… Автор особо подчёркивает, что во всех трёх вышеперечисленных случаях усилилась зависимость СССР от импорта продовольствия.

    «Роковых ошибок» у Сталина автор, по всей видимости, не нашёл. Есть только репрессии — длинный минус, напоминающий, что имеются отдельные «вынужденные» недостатки. Хотя все знают: минус никуда не ставят, ни в один аттестат, даже в школьный журнал, только в дневник, что называется, для служебного пользования. И правда, зачем выносить сор из избы, зачем акцентировать внимание на негативе, зачем предаваться самобичеванию. Нельзя казаться слабыми перед лицом остального мира.

    Наоборот, считает автор пособия, особенно в кризисные моменты государство не должно соглашаться с пессимистической оценкой своих возможностей. И ссылается на мнение Черчилля: «В поражении — вызов». И Россия его принимает, считает А.В.Филиппов. А следовательно, и признаёт поражение? — зададимся вопросом мы. Наверное, здесь имеется в виду «катастрофа планетарного масштаба — распад СССР»?

    «Цель уважающих себя народов — не попасть на задворки истории, а быть её творцами. Это мироощущение в высшей степени присуще России», — такой пафосной фразой заканчивает А.В.Филиппов свою книгу, обращённую к учителям. И задает два логичных для него, но и неожиданных вопроса: «Может ли российское общество согласиться на положение младшего партнёра в отношении с США, с Евросоюзом и с кем бы то ни было?». Этот первый вопрос, надо думать, риторический. — «Что же не хватает великой стране с неисчерпаемыми ресурсами и образованным народом, чтобы стать в число богатейших государств мира?» Здесь ответ для автора очевиден: не достаёт «анализа последствий и системности в принятии политических решений руководством страны». Всё, как мы видели и раньше, зависит от руководства, правильно понимающего душу народа и судьбу страны. Успешность нынешнего руководства, вероятно, должны иллюстрировать последние данные «Левада-Центра»: согласно опросу, опубликованному в октябре, подавляющее большинство — 71% россиян не считает себя европейцами. А каждый второй и вовсе уверен, что Европейский Союз угрожает независимости России. Власть, как и в прошлые годы, остаётся на стороне большинства…

    Завершая рецензию, хотелось бы отметить, что пособие А.В.Филиппова, как и другие учебные издания, не претендует на изложение новых фактов. Хотя справедливости ради надо заметить, что автор приводит их достаточно: в книге упоминается и о тбилисских событиях 1956 г., и о кровавом инциденте в Новочеркасске в 1962 г., и о многом другом, что не могло появиться в советских школьных учебниках. Но важно другое — дозирование информации о тех или иных событиях, расставленные акценты, оговорки и прямые оценки и комментарии. И вот здесь есть много, на мой взгляд, неприемлемого и ставящего под сомнение авторский тезис об «объективности» подачи учебного материала. Например, в целом позитивно оценивается возвращение людей из ГУЛАГа после хрущёвского доклада о культе личности Сталина. С другой стороны, тут же отмечается, что «оттепель» привела к тому, что чиновники «расслабились» и появилась опасность возникновения номенклатурных кланов. Говоря о быстром восстановлении экономики после войны, упоминается, что использовался труд заключённых, но тут же делается «сноска»: их было всего 2,5 млн, а самодеятельного населения — более 40 млн, так что не надо переоценивать. Но ведь это был рабский труд — как оценить это обстоятельство? А о послевоенном голоде практически не сказано ничего.

    …На последней московской итоговой конференции, посвящённой обсуждению вопросов преподавания истории и обществознания и проходившей 23—24 октября, было объявлено, что на основе пособия уже практически готов учебник. В нём учтены некоторые замечания, но концепция в целом осталась неизменной. А 30 октября, в день памяти невинно репрессированных, президент Владимир Путин вместе с Патриархом Московским и всея Руси Алексием II неожиданно для многих побывали на Бутовском полигоне, где помянули 20 тыс. расстрелянных здесь — маленькую часть уничтоженных в годы большевистского и сталинского террора. Я не помню случая, чтобы президент выразился бы столь однозначно и определённо: «Это особая трагедия, потому что масштаб её колоссальный. Уничтожены были и сосланы в лагеря, расстреляны, замучены сотни тысяч, миллионы человек. Причём это были люди со своим собственным мнением, люди, которые не боялись его высказывать. Это цвет нации. И мы, конечно, долгие годы, до сих пор ощущаем эту трагедию на себе. Многое нужно сделать, чтобы эта трагедия никогда не забывалась, чтобы о ней помнили. Эта память нужна не сама по себе. Она нужна для того, чтобы люди понимали, что для развития страны, выбора наиболее эффективных путей, решения проблем, перед которыми Россия стоит сегодня, в будущем нужны и политические споры, и баталии, борьба мнений, но чтобы процесс был не разрушительным, а созидательным».

    Думаю, что после этого публичного заявления президента России у авторов будущего учебника есть ещё время внести существенные коррективы в его концепцию. Учителя и молодые граждане России должны знать о масштабах катастрофы, хотя бы для того, чтобы ясно осознавать причины наших сегодняшних бед и трудностей, когда не хватает «энергичных людей», когда вокруг всё так серо, потому что уничтожили «цвет нации».

    И последнее: заместитель министра образования и науки И.И.Калина, подводя итоги октябрьской конференции, сделал важное замечание — новый учебник не отменяет старых и будет одним в ряду других учебных книг по истории. На это и хотелось бы ещё раз обратить внимание всех работников образования: нельзя лишать детей возможности выслушивать разные мнения на нашу общую и по закону не подлежащую приватизации историю.

    Анатолий БЕРШТЕЙН

    TopList