© Данная статья была опубликована в № 08/2007 журнала "История" издательского дома "Первое сентября". Все права принадлежат автору и издателю и охраняются.
  •  Главная страница "Первого сентября"
  •  Главная страница журнала "История"
  •  Сайт "Я иду на урок истории"
  •  Содержание № 08/2007
  • Военно-морские базы держат оборону

     

    1941: ВОЕННО-МОРСКИЕ БАЗЫ
    ДЕРЖАТ ОБОРОНУ

    Гитлеровский план «Барбаросса»
    был безнадёжной авантюрой

     

    Материалы для подготовки урока по теме
    «Начальный этап Великой Отечественной войны.
    Причины провала гитлеровского плана молниеносной войны». 9 класс

     

    Ленинград, Сталинград, Севастополь и Одесса. Эти города первыми удостоились звания «Городгерой». Из этих четырёх городов три были тесно связаны с Военно­морским флотом (ВМФ). Действительно, в районе Ленинграда, включая Кронштадт, осенью 1941-го базировался Балтфлот, Севастополь был главной базой Черноморского флота, а в Одессе находилась одесская Военно­морская база (ВМБ). И эти три города прославились своей стойкостью в 1941 г. (а не в 1942 г., как Сталинград). Это заставляет обратить внимание на упорную оборону советских ВМБ летом и осенью 1941 г. и её влияние на общий ход военных действий в начальный период Отечественной войны. И тогда можно заметить, что, как правило, ВМБ оставались какое­то время очагом сопротивления в тылу противника, в то время как линия фронта уходила всё дальше на Восток.

    Об обороне Ленинграда, Севастополя, Одессы, Лиепаи, Таллинна и других ВМБ написано очень много. Но только объединив разбросанную во множестве книг и статей информацию и просуммировав потери, которые понёс противник в боях за эти базы, можно оценить влияние этих боёв на общий ход военных действий. Понятно, что наибольшее значение имела оборона Городов-героев — Ленинграда, Севастополя и Одессы. Но значительное влияние на ход военный действий оказала оборона и других ВМБ. Действительно, чтобы убедиться, в какой степени защитниками советских ВМБ были сорваны немецкие планы блицкрига, следует ознакомиться с этими планами. И тогда обнаруживается удивительная вещь. План блицкрига был рассчитан на разгром Красной армии западнее Двины (Западной) и Днепра (1, 132). План «Барбаросса» требовал: «Операции должны быть проведены таким образом, чтобы... была уничтожена вся масса русских войск, находящихся в западной России. При этом необходимо предотвратить возможность отступления боеспособных русских войск в обширные внутренние районы страны» (2, 159).

    Гитлер при утверждении плана нападения на СССР подчеркнул: «Надо добиваться не вытеснения, а полного уничтожения противника в приграничной полосе» (1, 55).

    Но у гитлеровских стратегов не было сил, чтобы окружить и уничтожить «западнее Двины и Днепра» Черноморский и Балтийский флоты. Поэтому они планировали сделать эти флоты небоеспособными, захватив их базы. А флоты упорно боролись за свои базы, которые были хорошо защищены береговой и зенитной артиллерией. Причём наиболее значительные базы — Кронштадт, Севастополь и Таллинн — находились восточнее Днепра или севернее Двины. И вермахт не мог захватить их с ходу.

    Германские генералы как будто о такой возможности заранее не подумали. Неужели они не вспомнили ни про Порт-Артур, ни про оборону Севастополя в 1854—1855 гг.?

     

    План «Барбаросса» и его главный вдохновитель
    План «Барбаросса»
    и его главный вдохновитель

    Немецкие войска, продвигаясь вдоль побережья, захватывали или блокировали советские ВМБ, но корабли уходили неуничтоженными. При этом удавалось вывезти и значительную часть наземного персонала ВМБ. В результате советские флоты, вопреки требованию Гитлера, были не уничтожены, а вытеснены. Балтийский флот к концу августа 1941 г. — в восточную часть Финского залива, Чёрноморский к концу октября — в Новороссийск и Поти. Но при этом основные силы флотов были сохранены. И они позднее были эффективно использованы борьбе за Одессу, Севастополь, Таллинн, Ленинград и другие ВМБ.

    В результате вермахт потерпел неудачи, имевшие стратегическое значение. Наиболее серьёзная из них — под Ленинградом. Командование вермахта планировало взять Ленинград в кольцо окружения, соединившись с финскими войсками, действовавшими на Карельском перешейке, после чего перебросить освободившиеся силы на московское направление. В приказе ставки вермахта от 21.8.1941 г. было чётко сказано: «Только окружение Ленинграда, соединение с финнами и уничтожение 5-й русской армии приведёт к освобождению сил и создаст предпосылки... для успешного наступления и уничтожения группы армий Тимошенко (советских войск, действовавших на московском направлении. — Авт.)» (2, 318). Входившая в состав Юго-Западного фронта 5-я армия в сентябре попала в окружение, но соединиться с финнами немцам не удалось. В результате сохранилась связь с Ленинградом через Ладожское озеро. Основной стратегический итог боёв за Ленинград в сентябре 1941 г. — на московское направление было переброшено значительно меньше немецких войск, чем планировалось. Отчасти из-за потерь в тяжёлых боях на подступах к Ленинграду. Но в основном потому, что для его блокады было выделено значительно больше сил, чем потребовалось бы в случае соединения немцев с финнами. Кроме того, стратегическое значение имело сохранение Балтфлота, боевая деятельность которого не ограничивалась участием в обороне Города-героя. Осенью 1941 г. его подводные лодки прорывались из Финского залива для борьбы с судоходством противника на Балтике, с помощью флота был эвакуирован гарнизон Ханко, были и другие проявления боевой активности флота.

    Балтийский десант
    Балтийский десант

    О значении, которое германское руководство придавало Ленинграду, свидетельствует также наступление на тихвинском направлении, предпринятое немцами в октябре—ноябре 1941 г. Целью этого наступления была река Свирь, куда вышли финны. Если бы немцам удалось соединиться с ними, то прервалась бы связь с Ленинградом по Ладожскому озеру, и Ленинград был бы обречён. Но результатом этого авантюрного наступления было поражение вермахта под Тихвином. Существенно и то, что это наступление происходило во время решающих боёв под Москвой. Отвлечение нескольких дивизий на тихвинское направление тоже ослабляло группировку немецких войск, наступавших на Москву.

    Чтобы оценить стратегическое значение успешной обороны Одессы, полезно обратить внимание на то, что во второй половине сентября 1941 г. под Одессу из Восточного Средиземноморья были переброшены пикирующие бомбардировщики из состава немецкого 10-го авиакорпуса. Его лётчики были обучены атаковать корабли противника и накопили большой боевой опыт в борьбе с английским флотом (3, 190). В результате увеличились потери советского флота на Чёрном море, но в то же время на Средиземном море уменьшились потери английского и, как следствие возросшей активности англичан, резко возросли потери германского и итальянского флотов. Итало-германские войска в Северной Африке, которыми командовал Роммель, оказались в очень тяжёлом положении. Эти войска снабжались по морю, и уничтожение транспортов, в особенности танкеров, резко понижало их боеспособность. Следует учесть, что в состав авиационных формирований входят не только самолёты и лётчики, но также многочисленный наземный персонал и техника. Поэтому переброска частей 10-го авиакорпуса по перегруженным железным дорогам требовала времени. И боевые успехи защитников Одессы непосредственно повлияли на ход военных действий в Восточном Средиземноморье не в конце сентября 1941 г., когда самолёты 10-го авиакорпуса атаковали советские корабли, а ранее, когда части этого корпуса были отправлены на север.

    Дунайская флотилия
    Дунайская флотилия

    Возможно, детальное изучение переброски частей 10-го авиакорпуса было бы полезно для понимания логики событий 1941 г. Действительно, сами принципы стратегии блицкрига требовали сосредоточения всех сил для первого решающего удара, от которого противник не смог бы оправиться. И трудно усомниться в том, что если бы этот авиакорпус появился бы на Чёрном море в начале июля, то немецко-румынские войска продвигались бы быстрее и советский Черноморский флот понёс бы дополнительные потери. Почему же этого не произошло? Было ли это следствием грубейшей недооценки гитлеровским командованием боевой мощи Черноморского флота или по каким-то другим причинам? Возможно, что такой анализ мог бы помочь также пониманию логики советских руководителей, Сталина и других, не веривших в возможность нападения Германии на СССР в конце июня. Знали ли они, что 10-й авиакорпус и другие подобные формирования остаются вдали от советских границ? Если знали, то, возможно, это заставляло их считать, что Гитлер не нападёт на СССР, не перебросив их на Восток.

    Сам факт, что для усиления блокады Одессы был вызван авиакорпус, выполнявший стратегически важную задачу на другом театре военных действий, показывает, какое значение командование вермахта придавало быстрому захвату этого города. Скорее всего, это связано в основном с тем, что оно планировало использовать Одесский порт для снабжения своих войск.

    Характерна запись в служебном дневнике начальника Генерального штаба сухопутных войск Германии Ф.Гальдера от 15 августа 1941 г.: «В портах Варны и Бургаса на борту судов находится 65 тыс. тонн снабженческих грузов. В первую очередь необходимо как можно скорее доставить для 11-й и 17-й армий в Одессу и Херсон 15 тыс. тонн боеприпасов, 15 тыс. тонн продовольствия, 7 тыс. тонн горючего. Эти грузы должны быть доставлены в течение 10 дней после захвата Одессы» (4, 276). Напомним, что румынские войска вошли в Одессу только через два месяца — 16 октября.

    Так что защитники Одессы не только отвлекли на себя значительные силы противника и нанесли им значительные потери, но и замедлили его продвижение на Восток, не давая использовать порт для снабжения. В известной степени то же можно сказать и про защитников других ВМБ, за которые шли бои летом 1941 г. и которые, хотя бы на несколько дней, превращались в очаг сопротивления в тылу противника. По-видимому, весьма существенное значение имело то, что Таллиннский порт немцы смогли использовать для снабжения своих войск, действовавших на ленинградском направлении, много позже, чем планировали. А поскольку Одессу противник взять не смог, то даже небольшая задержка у других черноморских ВМБ должна была замедлить продвижение противника. Действительно, защитники Николаева также задержали на несколько дней использование этого порта для снабжения вермахта. И хотя бои за Херсон, куда отошли части Николаевской ВМБ, продолжались всего 3 дня, с 16 по 18 августа (5, 52), но и эта кратковременная задержка тоже могла иметь значение. Бои за Очаков, где была пристань, начались 18 августа, а взят противником он был 21-го. При этом противник находился под обстрелом береговых батарей, в числе которых были 2 восьмидюймовые (203-мм), и кораблей (6, 62). Тем не менее часть батарей оставалась в советских руках 29 августа (4, 314), и они должны были препятствовать каботажному судоходству противника. Использованию противником советских портов для снабжения своих войск препятствовало также то, что советские войска, организованно эвакуируя ВМБ, успевали разрушить портовые сооружения и заложить мины.

    Дорога жизни
    Дорога жизни

    Анализируя события 1941 г., необходимо учитывать фактор времени. Вермахт приобрёл значительные преимущества благодаря внезапности нападения. Но время работало против него.

    И наоборот, советскому командованию было необходимо выиграть время — для обучения пополнений, для формирования новых дивизий, для проведения фортификационных работ на угрожаемых направлениях.

    Защитники Ленинграда
    Защитники Ленинграда

    И самое главное — для организации массового производства вооружения, для налаживания работы эвакуированных предприятий, для перевооружения войск новой, испытанной в боях военной техникой. Именно поэтому Гитлер требовал от своих генералов «не вытеснения, а полного уничтожения противника», поскольку, вытесняя противника, вермахт выигрывал территорию, но терял время.

    По этой и по ряду других причин командование противника не ограничивалось блокадой советских ВМБ, а упорно пыталось взять их штурмом. Это следует учитывать, анализируя, как повлияла на общий ход военных действий упорная оборона Лиепаи, Таллинна, Одессы, Севастополя и других советских ВМБ. Действительно, их защитники не только отвлекли на себя значительные силы противника, замедлив тем самым его продвижение, но, отбивая их атаки, нанесли ему существенные потери.

    В 1941 г. многие ВМБ стали местом сосредоточения отступавших сухопутных войск. Действительно, под прикрытием береговой и зенитной артиллерии ВМБ отступавшие войска могли частично восстановить свою боеспособность и подготовиться к обороне. И что не менее важно, оказавшиеся в районе ВМБ войска могли рассчитывать на эвакуацию морем. В результате ВМБ превратились в своеобразные крепости, где сухопутные войска могли найти укрытие в случае поражения или при столкновении с превосходящими силами противника и где, используя боевые средства флота, в особенности береговую артиллерию, они могли оказать упорное сопротивление. А при благоприятных условиях и перейти в наступление. В боях за Лиепаю участвовала дислоцированная перед войной вблизи этой ВМБ стрелковая дивизия. В районе Одессы ещё до начала блокады сосредоточились войска, которым угрожало окружение. Они, в основном, влились в ряды защитников города. В район Таллинна отошёл стрелковый корпус, который стал основой сухопутной обороны столицы Эстонии. Значительная часть сражавшихся в октябре на севере Крыма советских войск, включая Приморскую армию, которым угрожало окружение после прорыва войск Манштейна на полуостров, отступила к Севастополю и там смогла отбить немецкие атаки. В то же время основная часть сражавшейся в Крыму 51-й армии отошла к Керчи, где, опираясь на заранее подготовленные позиции, задержала противника на несколько дней, а затем была эвакуирована.

    Жители Одессы строят баррикады. 1941 г.
    Жители Одессы строят баррикады. 1941 г.

    В обороне Ленинграда большую роль сыграл Ораниенбаумский плацдарм, куда в августе 1941 г. отступила из Прибалтики 8-я армия (10-й стрелковый корпус, входивший в состав этой армии, отошёл к Таллинну). Это был участок южного берега Финского залива протяжённостью 65 км по фронту и глубиной до 25 км. На этом плацдарме находились мощные форты — Красная Горка, вооружённая двенадцатидюймовыми (305-мм) и 130-мм орудиями, и Серая Лошадь, известные в связи с мятежом, происшедшим в 1919 г., а также зенитно-артиллерийский полк ПВО флота и другая артиллерия. Кроме того, артиллерийскую поддержку защитникам этого плацдарма могли оказывать кронштадтские форты и корабли, включая два линкора. При такой мощнейшей артиллерийской поддержке 8-я армия смогла создать устойчивую оборону. В сентябре 1941 г. немцам удалось прорваться к Финскому заливу в районе Петергофа и отрезать 8-ю армию от Ленинграда. Но связь с Ленинградом по морю не прервалась. И, как считает маршал г.К.Жуков, «чрезвычайную роль в срыве планов противника... сыграл контрудар 8-й армии... 19 сентября» (7, 165). Более того, в дни решающих боёв за город в середине сентября две дивизии из состава этой армии, а затем артиллерийский полк были переброшены морем в Ленинград. «Эта переброска осуществлялась по решению командующего фронтом (Г.К.Жукова. — Авт.). ...Ораниенбаумский плацдарм мог устойчиво держаться меньшими силами, поскольку здесь большую роль играла флотская артиллерия, и всё, что оказалось “лишним”, следовало быстро направить на угрожаемые участки фронта» (8, 52). А в конце ноября, когда обстановка в районе Ленинграда стабилизировалась, основные силы 8-й армии были вывезены морем в Ленинград.

    Эвакуация промышленного оборудования из Ленинграда. 1941 г.
    Эвакуация промышленного
    оборудования из Ленинграда.
    1941 г.

    Из ВМБ неоднократно выходили корабли, чтобы спасти прижатых к морю бойцов. В результате ВМБ превращались в своеобразные пункты сбора оттеснённых к морю войск. Иногда это были небольшие группы. Так, например, 30 октября 1941 г. в 40 км от Севастополя были прижаты к морю артиллеристы одной из береговых батарей. Тральщик и 2 малых охотника вывезли 28 человек (9, 100). Эта небольшая спасательная экспедиция упоминается во многих книгах из-за её дальности. Сколько всего бойцов было спасено в подобных рейдах, оценить трудно, но такое спасение не было единичным случаем. Причём случались и крупномасштабные экспедиции. Так, 1—2 сентября из Койвисто (ныне Приморск) на северном берегу Финского залива было вывезено 12 тыс. бойцов из состава двух дивизий, отступивших из-под Выборга, а также 1700 раненых и около 300 гражданских лиц (10, С. 143). Они присоединились к защитникам Ленинграда, так же как и до 26 тыс. человек из состава корпуса, отступившего к северному берегу Ладожского озера и вывезенного 16—21 августа водным путём под прикрытием кораблей Ладожской военной флотилии (24, 153—154). Такие спасательные экспедиции также вели к пополнению рядов защитников ВМБ. Особую роль они сыграли в обороне Ленинграда, куда водным путём были доставлены десятки тысяч приобретших боевой опыт бойцов.

    В боях за ВМБ большую роль сыграла морская пехота. Это были в основном отряды, отдельные батальоны и бригады, сформированные из моряков, взятых из экипажей кораблей, береговых и учебных частей ВМФ. Их численность была различной и под Ленинградом достигала десятков тысяч человек. Эти формирования были слабо обучены сухопутному бою. Их командиры тоже были в основном набраны из офицеров флота. Поэтому морская пехота несла большие потери. Но её боеспособность была весьма велика. Доказательством этому служит начало обороны Севастополя. Когда войска Манштейна подошли к городу, там практически не было сухопутных войск. Но в составе береговых и учебных частей на Главной базе Черноморского флота было сосредоточено более 20 тыс. человек. Спешно сформированные из них стрелковые части заняли боевые позиции и при поддержке морской артиллерии отбили наступление противника. Таким образом, многочисленные военнослужащие ВМФ были резервом для формирования стрелковых частей, который использовался при обороне практически всех ВМБ.

    Высадка морских пехотинцев под Сталинградом
    Высадка морских пехотинцев
    под Сталинградом

    Ещё одним источником пополнения гарнизонов ВМБ были «местные ресурсы». Ленинград, Одесса, отчасти Севастополь — большие города. И в начале их обороны удалось призвать в армию значительные контингенты из числа тех, кого не успели призвать в начале войны. Кроме того, в боях за эти города, особенно за Ленинград, участвовали значительные добровольческие формирования — ополченцы, истребительные батальоны и др. Также в боях за эти базы, а в особенности за Ленинград, участвовали полки и дивизии, сформированные из личного состава различных структур НКВД. В результате благодаря всем этим факторам советское командование смогло использовать для обороны ВМБ весьма значительные людские ресурсы, которые могли достаточно эффективно бороться с врагом, опираясь на мощную поддержку морской артиллерии.

    Особенностью обороны ВМБ было то, что противник не мог их окружить полностью, поскольку оказался не в состоянии блокировать их с моря (в случае Ленинграда — со стороны Ладожского озера). Советский флот был неизмеримо сильнее противостоящих ему флотов Румынии, Финляндии и незначительных сил германского флота, отправленных в Балтийское и Чёрное моря. Поэтому была возможность доставлять по морю подкрепления и боеприпасы, эвакуировать морем раненых и т. д. Именно поэтому бои за ВМБ продолжались и тогда, когда они оставались далеко за линией фронта. А когда возможности обороны были исчерпаны, можно было вывезти морем какую-то часть оборонявшихся войск. На этом обстоятельстве следует остановиться особо. Как было отмечено выше, немецкое командование планировало не допустить организованного отхода советских войск. Но успешная эвакуация войск из Одессы, Ханко, отчасти Таллинна, Керчи и других ВМБ способствовала срыву этих планов. Осенью 1941  г. значительную часть советских войск составляли наспех организованные и слабо обученные формирования, включая многочисленные, но плохо вооружённые дивизии народного ополчения. На фронт часто попадали необученные солдаты и ополченцы. Поэтому сотни тысяч накопивших боевой опыт бойцов, эвакуированных с блокированных ВМБ, должны были существенно повлиять на общий ход военных действий.

    Наиболее известна успешная эвакуация Одессы. Город был блокирован с суши примерно 10 августа 1941 г. Эвакуация ценного промышленного оборудования, квалифицированных специалистов и, отчасти, гражданского населения началась ещё до начала боёв и не прерывалась ни в августе, ни в сентябре. Ещё до начала осады началась эвакуация раненых. Отошедшие в район Одессы тыловые части и госпитали армий, действовавших на других направлениях, были эвакуированы в начале осады (3, 54). Эвакуация войск Одесского оборонительного района началась по приказу Ставки 1 октября. Но особым достижением было то, что в течение буквально одной ночи с 15 на 16 октября были погружены на корабли и вывезены войска, прикрывавшие эвакуацию и остававшиеся до этой ночи на передовых позициях, и с ними значительное количество техники. А всего с 1 по 16 октября было вывезено практически без потерь до 80 тыс. военнослужащих, до 15 тыс. гражданских лиц, около 500 орудий (называют также другое число — 462 орудия (11, 29)), 14 танков, более 1000 автомашин, более 3500 лошадей, 163 трактора, тысячи тонн заводского оборудования (12, 118). В число эвакуированных военнослужащих не входят 5941 раненый, эвакуированный за это же время (11, 29). В число — около 500 орудий — миномёты не входят, поскольку есть данные, что с 1 по 10 октября было эвакуировано более 200 орудий и 488 миномётов (6, 217).

    Генерал-лейтенант П.И.Батов

    Генерал-майор г.С.Зашихин

    Генерал-лейтенант П.С.Пшенников

    Генерал-лейтенант
    П.И.Батов
    Генерал-майор
    г.С.Зашихин
    Генерал-лейтенант
    П.С.Пшенников

    Эвакуация не всех ВМБ была столь успешной. Но даже в результате эвакуации Таллинна в конце августа, проходившей в крайне неблагоприятных условиях и приведшей к очень тяжёлым потерям, в Ленинград было доставлено примерно 10 тыс. человек (см. 13). Причём они были доставлены в район Ленинграда незадолго до начала решающих боёв за этот город. Эвакуация Ханко проводилась с 26 октября по 2 декабря. В Ленинград было доставлено порядка 22 тыс. 800 человек с полевой и зенитной артиллерией (24, 148). Бои в районе Керченской ВМБ продолжались недолго — с 4 по 16 ноября 1941 г. Но, тем не менее, из Керчи с 14 по 16 ноября была эвакуирована значительная часть отступившей из северного Крыма 51-й армии и Керченская ВМБ. При этом только за 14 ноября было вывезено 400 орудий (14, 38). Об эвакуации некоторых баз есть только отрывочные сведения. Например, в книге о погранвойсках упоминается о Лиепае и Риге, поскольку в их эвакуации участвовали включённые в состав ВМФ корабли, входившие перед войной в морские части погранвойск (15, 144). Сколько всего бойцов было эвакуировано из Риги, Лиепаи, Николаева, Измаила, Пинска, Очакова и других ВМБ, сказать трудно, но создаётся впечатление, что в сумме их число может быть достаточно велико.

    В целом же в боях за советские ВМБ в августе — ноябре 1941 г. участвовали весьма значительные силы береговой, корабельной, полевой и зенитной артиллерии. Большое число орудий и миномётов было также вывезено при эвакуации ВМБ и использовалось в боях. Так что генерал Ф.Гальдер, в начале июля рассчитывавший, что вскоре Красная армия останется без артиллерии, относительно приморских участков фронта явно просчитался.

    То же самое, отчасти, можно сказать и про другую ошибку Ф.Гальдера — расчёт на катастрофические последствия потери Красной армией командных кадров. В какой-то степени он не оправдался потому, что из оставляемых ВМБ были эвакуированы многие командиры высокого уровня. Много командиров высокого уровня было также среди войск, отступивших к ВМБ и присоединившихся к их защитникам. Значительная часть из них успешно командовала войсками осенью 1941 г., когда была острейшая нужда в квалифицированных военных кадрах из-за потери большого числа генералов и штабных офицеров, в основном из состава войск, попавших в окружение. Тенденцию можно проследить на примере многих выдающихся полководцев. Например, Н.И.Крылов, впоследствии маршал Советского Союза, И.Е.Петров, впоследствии генерал армии, и А.Ф.Хренов, впоследствии генерал-полковник, были эвакуированы из Одессы и стали руководить обороной Севастополя. Но принципиальное значение имело то, что при организованной эвакуации ВМБ вывозились не отдельные офицеры и генералы, а сработавшиеся, накопившие боевой опыт и, как говорят военные, сколоченные командные инстанции и штабы. Укажем на самые значительные из них. Из Одессы, например, были вывезены все командные структуры и штабы Одесского оборонительного района и входивших в него воинских формирований, включая Приморскую армию. Эти структуры стали основой соответствующих структур в Севастополе. Из Таллинна было вывезено командование Балтфлота и штаб 10-го стрелкового корпуса, защищавшего этот город. Из Керчи — командование 51-й армии. К сожалению, в литературе есть только отрывочные сведения о дивизиях, эвакуированных вместе со своими командирами и штабами, как в составе этих армий и корпуса, так и в отдельности. Определённо можно сказать про Приморскую армию, где были эвакуированы все штабы, в том числе дивизионные и полковые. Среди бойцов, вывезенных 1—2 сентября из Койвисто, были командир одной из дивизий и уцелевшая часть его штаба (16, 144). Вместе с одной из дивизий, прижатых к северному берегу Ладожского озера, были эвакуированы в Ленинград её командир и штаб. Есть данные о командире и штабе дивизии, успешно эвакуированных из Таллинна (17, 311). Без сомнения, этот список может быть продолжен. В виду острейшей нехватки опытных командных кадров спасение командиров и штабов имело в то время принципиальное значение. При этом накопившие опыт успешных боёв офицеры и генералы росли по службе. В частности, командовавший в начале обороны Одессы кавалерийской дивизией генерал-майор И.Е.Петров в конце обороны Одессы командовал всей Приморской армией.

    Начальник инженерных войск Ленинградского фронта Б.В.Бычевский
    Начальник инженерных войск
    Ленинградского фронта
    Б.В.Бычевский

    По этой же причине в конце 1941 г. имело значение и то, что какое-то число командиров было взято из эвакуированных морем формирований и назначено командующими других соединений. Назовём только командиров уровня командующий армией. Генерал-лейтенант П.И.Батов, впоследствии генерал армии, командовавший войсками, защищавшими Керчь, с ноября 1941 г. до конца войны командовал армиями. Генерал-майор г.С.Зашихин, впоследствии генерал-полковник, перед войной командовал ПВО Балтфлота, а в Таллинне был помощником командующего Балтфлотом по береговой обороне. В ноябре он принял командование ПВО Ленинграда (18, 59). Генерал И.Ф.Николаев в Таллинне командовал корпусом. В ноябре он стал командовать 42-й армией, защищавшей Ленинград (19, 488). Генерал-лейтенант П.С.Пшенников в августе—сентябре командовал 8-й армией, потом — Невской группой войск Ленинградского фронта, а в декабре — 3-й армией. Погиб 28 декабря.

    Чтобы яснее увидеть особенности обороны ВМБ в 1941 г., полезно проанализировать боевой путь Приморской армии. Она была сформирована во второй половине июля из войск, входивших в состав Одесского военного округа и Южного фронта. Примерно 10-го августа противник вышел к морю между Одессой и Николаевым, и армия оказалась отрезанной. В упорных боях она была оттеснена к Одессе, которую она успешно обороняла до 15 октября. Тогда она была эвакуирована морем в Крым, где участвовала в оборонительных боях на севере полуострова. После прорыва Манштейна на полуостров часть сил Приморской армии отошла к Севастополю и, получив подкрепления, стала основой сухопутной обороны города. Как мы видим, противник, вопреки категорическому требованию Гитлера, постоянно «вытеснял» эту армию, но окружить и уничтожить её не мог. Действительно, сначала она была оттеснена в Одессу, потом из Одессы вытеснена в Крым, потом из северного Крыма — в Севастополь. При этом командные структуры армии и, в особенности, её штаб срабатывались и накапливали боевой опыт. Большие потери в рядовых бойцах восполнялись за счёт предельной мобилизации местных людских ресурсов, а также маршевыми батальонами, которые прибывали морем. Но командные структуры высокого уровня значительных потерь не несли. И при описании обороны Севастополя постоянно встречаются фамилии офицеров и генералов, знакомые по описаниям обороны Одессы.

    Интересно проследить также боевой путь Дунайской флотилии, организационно входившей в состав Черноморского флота. Перед войной и в начале войны её базой был Измаил. Отсюда парадоксальная ситуация — ВМБ в городе, далеко отстоящем от моря. В её состав входили 5 мониторов, 22 бронекатера, зенитный дивизион, 8 батарей береговой артиллерии, авиаэскадрилья (15 истребителей И-16) и другие части. Она почти месяц участвовала в боях местного значения на реках Дунай и Прут. А когда возникла угроза окружения, она смогла в полном составе отойти в Одессу. В августе—сентябре она участвовала во многих боях, включая оборону Николаева и Херсона. С 20 октября по 18 ноября она действовала в Керченском проливе, после чего 20 ноября была расформирована, а её корабли были включены в Азовскую флотилию (см. 5). Как мы видим, это воинское формирование в начале войны участвовало в боях на самой границе, неоднократно было вынуждено отходить под натиском врага, но уничтожить его противник не смог. При этом мелкосидящие речные суда было удобно использовать на мелководье вблизи берега, а также для эвакуации прижатых к морю бойцов.

    Так что в течение тяжелейших первых месяцев войны Черноморский флот, включая Дунайскую флотилию, тесно взаимодействовал с Приморской армией. Флот поддерживал армию артиллерийским огнём и обеспечил её снабжение морем и эвакуацию. А армия защищала базы флота и с его помощью организованно отходила на заранее подготовленные позиции. (Относительно Приморской армии эту стандартную формулировку следует понимать буквально.)

    Как мы убедились, уже в июне 1941 г. проявилась тенденция — немцам и их союзникам не удавалось с ходу захватить советские ВМБ, которые становились очагом сопротивления в их тылу. Но особенно велико было влияние боёв за ВМБ на общую обстановку осенью 1941 г. Поскольку в конце августа возникла качественно новая ситуация — противник подошёл к Ленинграду и оказался в радиусе действия двенадцатидюймовых (305-мм) орудий линкоров и кронштадских фортов. Уже 28 августа по приблизившемуся к Ленинграду противнику открыли огонь стоявшие на Неве корабли. О действиях морской артиллерии при штурме Ленинграда в сентябре написано очень много. Но обратим внимание на мнение «независимого наблюдателя», не моряка. Начальник инженерных войск Ленинградского фронта Б.В.Бычевский утверждает: «Одна из важнейших причин окончательного провала плана гитлеровцев ворваться в город заключается в том, что к... середине сентября... вражеские войска... попали под убийственный огонь кораблей Балтийского флота» Причём морская артиллерия стреляла под Ленинградом не только по немцам, о чём написано во многих книгах, но и по финнам (10, 181).

    Но Ленинград не был единственной ВМБ, за которую шли бои осенью 1941 г. Ханко удерживалась советскими войсками до начала декабря. Начавшаяся в начале августа оборона Одессы продолжалась до 15 октября. Оборона Севастополя началась 30 октября и продолжалась до начала июля 1942 г. Здесь, как и под Ленинградом, немецкие войска оказались под ударами береговых и морских двенадцатидюймовых орудий. Вскоре после начала осады Севастополя противник подошёл к Керчи. Бои на дальних подступах к Керчи начались 4 ноября, а непосредственно за Керчь — 10 ноября. Основная часть защитников города была вывезена морем 14—16 ноября. Но арьергарды, прикрывавшие эвакуацию, продолжали сопротивление ещё несколько дней. В результате в ноябре почти вся 11-я немецкая армия под командованием Манштейна, а также подчинённые ему румынские войска вели бои за ВМБ — Севастополь и Керчь. Так что в то время, когда в боях под Москвой решался исход войны, значительные немецкие и союзные им силы были отвлечены на бои за ВМБ (Ленинград, Одессу, Севастополь, Керчь и Ханко), чего немецкое командование, планируя войну против СССР, никак не предвидело. При этом, в виду стратегического значения успешных боёв за Ленинград в сентябре, следует также оценить влияние на общий ход военных действий упорной обороны, ВМБ летом 1941 г., замедлившей наступление войск противника на ленинградском направлении. Здесь в первую очередь следует назвать Лиепаю, Таллинн, Ханко и, возможно, Шлиссельбург — бывший с августа по начало сентября главной базой Ладожской флотилии. И хотя нельзя сказать, что в боях за этот город участвовали значительные силы, но эти бои отвлекли с главного направления какую-то часть сил противника в первые числа сентября, когда решалась судьба Ленинграда.

    Эти заметки не следует считать попыткой найти простой ответ на одну из главных загадок ХХ века — почему Гитлер в июне 1941 г. напал на СССР, не закончив войны с Англией? Мол, он не учёл мощь фортов Кронштадта и других советских ВМБ, не вспомнил про Порт-Артур и поэтому рассчитывал на быструю победу. Гитлер и его генералы не учли многого. И если они не ожидали, что «восточнее Двины и Днепра» вермахт столкнётся с упорной и мощной обороной ВМБ, то точно так же они не ожидали встретить «восточнее Двины и Днепра» мощные формирования ПВО, которые, помимо выполнения своей основной задачи, также были эффективно использованы для борьбы с танками (20, 6). Причём на многих ВМБ, в том числе в Одессе, Севастополе, и особенно в Ленинграде, многочисленная зенитная артиллерия ПВО дополнила и усилила морскую артиллерию.

    Но ошибки бывают разные. Если не вызывает особого удивления просчёт германского военного руководства в оценке мощи советского ПВО, то недооценка мощи советского ВМФ удивляет. Ведь анализируя опыт Первой мировой войны, командование вермахта могло бы задуматься о мощи кронштадтских фортов. Поэтому как минимум озадачивают встречающиеся в дневниках Ф.Гальдера редкие замечания о Кронштадте, про который впервые упоминается только в записи от 12 июля: «Доклад о морской крепости Кронштадт, которая также может вести огонь по суше. Отдельные форты построены в шхерах, поэтому подавить их чрезвычайно трудно». Похоже, что Ф.Гальдер только из этого доклада что-то узнал о кронштадтских фортах. Интересно, не считал ли он, что Красную горку, находившуюся на берегу, а не в шхерах, подавить будет легко?! Скорее всего, он про неё тогда ещё не знал. Только 27 июля он ознакомился с фотопланом Кронштадта. А 28 июля впервые забеспокоился о Красной горке: «Оборонительные сооружения на суше южнее Кронштадта?» Впрочем, судя по вопросительному знаку, он ещё сомневался.

    Любопытно также, что и об Одессе он задумался лишь более чем через месяц после начала войны — запись в его дневнике от 30 июля: «Одесса может стать русским Тобруком» (4, 123). Напомним, что в апреле Роммель, наступая по направлению к Суэцкому каналу, безуспешно пытался взять штурмом порт Тобрук, потеряв значительное число танков (21, 215). В результате он должен был выделить 4 итальянских дивизии и 3 немецких батальона для его блокады. При этом, не имея возможности использовать Тобрук, Роммель вынужден был использовать для снабжения своей армии отдалённые от линии фронта порты (22, 188). Англичане снабжали гарнизон Тобрука по морю, и он успешно выдерживал осаду. Поэтому дальнейшее наступление Роммеля было затруднено. Характерно, что гитлеровские стратеги, убедившиеся на собственном опыте ещё до нападения на СССР, что гарнизон порта, получая морем всё необходимое для обороны, мог долго выдерживать осаду, только в конце июля поняли, что на берегах Чёрного моря тоже может произойти нечто подобное.

    Заслуживает внимания также планируемое командованием вермахта соединение с финнами. Эти планы заслуживают внимательного изучения, поскольку по ним можно что-то понять в логике Гитлера и его стратегов. Первоначально это соединение должно было произойти на участке фронта между Финским заливом и Ладожским озером. Но для этого должно было произойти нечто чрезвычайное: или немцы должны были форсировать Неву и, закрепившись на её правом берегу, продолжить наступление до встречи с финнами, или финны должны были дойти до Невы. Однако Нева из-за её ширины, глубины и быстрого течения была труднопреодолимой водной преградой. А финны, как известно, остановились — или были остановлены — у старой госграницы. Или, точнее, перед укрепрайоном, который проходил вдоль старой госграницы и который, вопреки распространённому мнению, не был разоружён (10, 181). Даже ОКВ (верховное командование вермахта) сомневалось в способности финнов прорвать этот укрепрайон. Поэтому в директиве ОКВ от 6.9.1941 г. перед войсками ставилась заведомо невыполнимая, на наш взгляд, задача: «С целью облегчения преодоления финнами укреплений на старой русско-финской границе ...необходимо по возможности быстрее предпринять ...на участке р. Нева наступление в северном направлении» (2, 328).

    Задумаемся, мог ли вермахт предпринять «на участке р. Нева наступление в северном направлении», не форсировав эту реку? По всей видимости, нет. Мог ли вермахт, не форсировав Неву, облегчить наступление финнов на Карельском перешейке? Похоже, нет. Почему, однако, в директиве не сказано прямо — форсировать Неву? По-видимому, на этот вопрос смогли бы ответить историки, хорошо прочувствовавшие язык командных документов вермахта. Но если даже предположить, что в заинтересовавшей нас директиве о форсировании Невы речь не шла, то и в таком случае можно утверждать, что здесь речь шла о явной авантюре. Поскольку невозможно было рассчитывать на то, что финны смогут лобовой атакой прорвать укрепрайон, когда вся мощь Балтфлота могла обрушиться на их фланг. Но если бы даже финнам удалось прорваться через укрепрайон, то, скорее всего, на северном берегу Финского залива произошло бы то, что в действительности произошло на южном — возник бы занимаемый советскими войсками плацдарм, надёжно прикрытый артиллерией кронштадских фортов и кораблей, который угрожал бы наступающим финнам фланговым ударом.

    Если же полагать, что директива ОКВ требовала форсирования Невы, то такое требование тоже иначе как сверхавантюрным назвать нельзя. Форсировать её внезапно, рассчитывая застать советские войска врасплох, вермахт мог только в случае фантастической непредусмотрительности советского командования. Неужели гитлеровцы строили свои планы на таком шатком основании?! Кстати, ночью 9 сентября была предпринята попытка такого форсирования, но она привела лишь к бесполезным потерям (24, 148). Надеяться на захват моста через Неву, как было на Двине и на Днепре, тоже было бессмысленно, поскольку все мосты были сосредоточены на небольшом участке реки вблизи устья, в основном в черте города. Остаётся проанализировать, что могло бы предпринять советское командование в случае попытки немцев переправиться на занятый советскими войсками берег Невы после мощной артиллерийской и авиационной подготовки. Отметим, что вермахт такой попытки не сделал, скорее всего, понимая её безнадёжность. Но естественно полагать, что в таком случае советское командование попыталось бы переправу пресечь всеми имевшими в его расположении средствами. В частности, в таком случае следовало бы ожидать, что по Неве к месту переправы направятся корабли. Нас пока интересует только эта сторона вопроса, хотя помимо кораблей в распоряжении советского командования были и другие средства для пресечения попытки противника форсировать Неву. Отряд кораблей р. Невы, входивший в состав Ленинградской ВМБ, состоял из 2 эсминцев, 4 канонерских лодок и других кораблей. Как отметил адмирал Ю.А.Пантелеев, «с артиллерийской точки зрения это было очень сильное соединение». Но дело даже не в силе этого отряда — в случае нужды в Неву могло войти много других кораблей и катеров. Поэтому уместно проанализировать действия Дунайской и Пинской флотилий летом и прикинуть, не могли ли в случае необходимости корабли советского ВМФ действовать и на Неве аналогичным образом. Такой анализ должно было провести германское командование. Однако следов такого анализа не видно. Хотя Ф.Гальдер отметил в своём дневнике ещё 29 июля: «Речные пароходы противника на Припяти затрудняют действия наших войск» (4, 209). И он должен был предвидеть, что в Неву могло зайти значительно большее число кораблей. К 6 сентября ОКВ могло уже не раз убедиться в силе советского ВМФ и в его влиянии на ход военных действий на приморских участках фронта. Тем не менее ОКВ по непонятным теперь причинам издал невыполнимую директиву. И эта директива может служить ещё одним подтверждением мнению, что Гитлер и его стратеги строили свои планы, не анализируя мер противодействия, которые могли бы предпринять их противники.

    Термин «военно-морская база» имеет два значения. Иногда так называют специальное воинское формирование, входящее в состав ВМФ и предназначенное для обеспечения боевой деятельности боевых кораблей. Обычно в состав ВМБ входят средства защиты от нападения противника – береговая и зенитная артиллерия, малые корабли охраны водного района, в основном тральщики, и другие подразделения. Такими были Одесская, Николаевская, Керченская и другие ВМБ, которые имели командира, штаб и подчинённые им военно-морские формирования. Но иногда под ВМБ понимают район, приспособленный и используемый для базирования флота. И в таком случае, например, весь район Ленинграда можно считать крупнейшей ВМБ, хотя существовали отдельно Кронштадтская и Ленинградская ВМБ. И точно так же Очаковский сектор Одесской ВМБ можно называть ВМБ Очаков.

    Во многих книгах, причём не только немецких авторов, утверждается, что оборона Ленинграда могла быть преодолена противником, если бы не те или иные субъективные обстоятельства. Приведём характерное высказывание: «...принято считать, что в 1941 г. Лееб, не помешай ему в этом Гитлер, смог бы захватить Ленинград» (23, 14). Как мы видим, здесь не уточняется, кем это принято считать, но весьма спорный тезис подаётся как общепринятый. Однако, анализируя ход боёв под Ленинградом, трудно усомниться в том, что если бы в конце сентября противник не был бы остановлен и смог бы продолжить своё наступление, то по нему стали бы стрелять и 45-мм орудия малых кораблей и катеров, и 100-мм пушки больших подводных лодок, и сотни зенитных пулемётов. Тем более что в Ленинграде были и другие формирования из состава армии, флота и НКВД, которые непосредственно в боях не участвовали, но которые несомненно были бы введены в бой в случае чрезвычайных обстоятельств. Так что у командования Ленинградским фронтом в то время ещё оставались резервы, и следовательно, исходя из соотношения сил, действовавших на ленинградском направлении, трудно не признать, что Ленинград не был взят противником не по субъективным, а по объективным причинам.

    Чтобы понять, насколько просчиталось командование вермахта в оценке боевой мощи советской береговой обороны, следует учесть также те ВМБ, до которых противник не дошёл. Действительно, для осуществления плана «Барбаросса» вермахт должен был захватить также Мурманск — Главную базу Северного флота (19, 475), хорошо прикрытую зенитной артиллерией, Архангельск — базу Беломорской флотилии, Новую Ладогу — базу Ладожской флотилии, базы Азовской флотилии, Черноморского флота и т.д. Осенью 1941 г. все эти базы находились недалеко от линии фронта, и если бы противник смог бы продвинуться дальше, то ему пришлось бы преодолевать оборону этих баз.

    О том, что взять эти базы было бы совсем не просто, в известной степени можно судить по тому, что когда летом 1942 г. противник наступал вдоль побережья Азовского и Чёрного морей, то он опять столкнулся с упорной обороной советских ВМБ. Причём Туапсе он взять не смог, а в боях за Новороссийск, где какое-то время была Главная база Черноморского флота, немецкое наступление вдоль побережья Черного моря было окончательно остановлено (9, 205). Так что осенью 1941 года находившиеся недалеко от линии фронта ВМБ, даже не участвуя в боях, повышали устойчивость обороны советских войск на приморских участках фронта.

    Здесь мы видим ещё одно доказательство того, что план «Барбаросса» был безнадёжной авантюрой. Таким образом, создаётся впечатление, что одной из причин нападения гитлеровской Германии на СССР мог быть, как это ни парадоксально звучит, низкий профессионализм высшего военного руководства третьего рейха, не сумевшего предвидеть, какие действия мог предпринять СССР для своей обороны. А ведь это одна из основных обязанностей высшего военного руководства — предвидеть возможные действия противника. В частности, не было осознано, что СССР мог создать мощную береговую оборону. Следствием чего была иллюзия, что вермахт без проблем сможет взять Ленинград и другие советские ВМБ. Свидетельством такого непрофессионализма могут служить и директивы о необходимости соединения с финнами на Карельском перешейке. О недооценке гитлеровскими стратегами возможностей советского ВМФ может свидетельствовать также появление самолётов 10-го авиакорпуса на Чёрном море лишь в конце сентября. Создаётся впечатление, что если бы Гитлер и его стратеги смогли правильно оценить советскую военную мощь вообще и мощь советского ВМФ, включая береговую оборону, в частности, то они, возможно, и не посмели бы напасть на СССР. Или хотя бы не считали, что для победы в войне им достаточно уничтожения советских войск западнее Двины и Днепра.

    ЛИТЕРАТУРА

    1. Анфилов В.А. Незабываемый сорок первый. М.: Советская Россия, 1989.

    2. «Совершенно секретно! Только для командования» / Сост. в.И.Дашичев. М.: Наука,1967. С. 159.

    3. Крылов Н.И. «Не померкнет никогда». 2е издание. М.: Военное издательство, 1984.

    4. Гальдер Ф. Военный дневник. Т. 3. Кн. 1. М.: Военное издательство, 1971.

    5. Дунайская военная флотилия в Великой Отечественной войне. М.: Военное издательство, 1962.

    6. Азаров И.И. Осаждённая Одесса. Одесса: Маяк, 1975.

    7. Жуков г.К. Воспоминания и размышления. 5е издание. М.: Агентство печати «Новости», 1983.

    8. Ладинский Ю.В. Военная вахта. М.: Военное издательство, 1983.

    9. Краснознамённый Черноморский флот. М.: Военное издательство, 1979.

    10. Оборона Ленинграда. Л.: Наука, 1968.

    11. Бирюк в.С. Всегда впереди. Малые охотники в войне на Чёрном море. 1941—1945. СПб.: Наука, 2005.

    12. История Великой Отечественной войны Советского Союза. Т. 2. М.: Военное издательство, 1961.

    13. Великая Отечественная война. Кн. 1, М.: Наука, 1998.

    14. Саркисьян С.М. 51я армия. М.: Военное издательство, 1983.

    15. Сечкин г.П. Граница и война: Пограничные войска СССР в Великой Отечественной войне советского народа. 1941–1945. М.: Граница, 1993.

    16. Оборона Ленинграда. Л.: Наука, 1968.

    17. Бунич И.Л. Трагедия на Балтике. Август 1941 года. СПб., Облик, 1997.

    18. Мильченко Н.П. Залпы над Невой. М.: Военное издательство, 1983.

    19. Великая Отечественная Война. Энциклопедия. М.: Советская энциклопедия, 1985.

    20. История. 2005. № 8.

    21. Секистов в.А. «Странная война» в Западной Европе и Бассейне Средиземного моря (1939–1943). М.: Военное издательство, 1958.

    22. Фуллер Дж. Вторая Мировая война. Смоленск: Русич, 2004.

    23. Митчем С. Фельдмаршалы Гитлера. Смоленск: Русич, 1998.

    24. Краснознамённый Балтийский флот в битве за Ленинград. М.: Наука, 1973.

    Иосиф ГОЛЬДФАИН

    TopList