© Данная статья была опубликована в № 16/2006 журнала "История" издательского дома "Первое сентября". Все права принадлежат автору и издателю и охраняются.
  •  Главная страница "Первого сентября"
  •  Главная страница журнала "История"
  •  Сайт "Я иду на урок истории"
  •  Содержание № 16/2006
  • Затерянный мир московских усадеб

    Затерянный мир московских усадеб


    Коробко М.Ю. Москва усадебная: Путеводитель.
    М.: ОАО «Московские учебники», 2005. —

    336 с. илл.

    В последние пятнадцать лет краеведение заняло достойное место в исторической науке и в школьном преподавании. Это объяснимо и закономерно. Без знания истории своего города, района, посёлка невозможно понять и общегражданскую историю. Краеведение даёт то, чего не может дать никакой другой раздел исторической науки — личную сопричастность, чувство прикосновенности к прошлому. Ведь при всей, казалось бы, микроскопичности тем и сюжетов краеведения оно захватывает человека именно своей всеобщностью и всепроникаемостью.
    Сейчас появляются и развивают деятельность различные общественные движения по изучению местностей, где мы живём. Существует, например, Всероссийский конкурс участников туристско-краеведческого движения «Отечество», который объединяет школьников из самых разных уголков нашей страны. Более «взрослая» по составу участников организация — Общество изучения русской усадьбы — собрала лучших специалистов-усадьбоведов. Один из членов этого общества, известный исследователь русской усадебной культуры Михаил Коробко написал книгу «Москва усадебная», рекомендованную для преподавания краеведения и москвоведения в общеобразовательных школах.

    Это практически первое издание по данной тематике такого объёма, написанное доступным языком и рассчитанное в том числе и на неподготовленного читателя. Естественно, редкостью темы достоинства книги М.Коробко не исчерпываются, а скорее, только открываются, но для того чтобы представить их, следует кратко рассказать о структуре издания.

    В подзаголовке значится — «путеводитель» (автор даже называет её подробным путеводителем), и это вполне соответствует содержанию книги. Описание каждой из усадеб построено по одному плану: происхождение названия, владельцы и гости усадьбы, памятники архитектуры. Многие факты в этих трёх частях повторяются, но это отнюдь не изъян работы, а напротив, её весомый плюс: такой повтор помогает закреплению материала не только по усадьбоведению, но и вообще по отечественной истории, которая тесно связано с судьбой описанных в книге усадеб.

    Начинается книга такими словами: «Загородные усадьбы с их искусством, бытом, укладом жизни в течение нескольких столетий являлись одной из важнейших составляющих отечественной культуры». На протяжении почти 300 страниц (значительную часть этого издания составляют уникальные цветные и чёрно-белые иллюстрации) проводится именно эта мысль. Большой интерес представляет «Введение», где автор рассматривает вопрос возникновения термина «усадьба». Действительно, откуда он появился? Оказывается это слово уникально, оно есть только в русском языке, для него не существует даже точного перевода на другие европейские языки. Автор книги сообщает нам такую информацию: «Исследование отечественных словарей и справочников показало, что первые попытки определения усадьбы как понятия возникли после крестьянской реформы 1861 г. Это явление вполне закономерно, т.к. именно в ту эпоху русская усадьба, неизменная в течение нескольких столетий, приобрела новые, не свойственные ей ранее черты, претерпев значительные трансформационные процессы». Примем эту информацию к сведению, равно как и следующее определение: «В настоящей работе под усадьбами подразумеваются все без исключения постройки и планировочные элементы, сохранившиеся в границах бывших имений, территории которых в черте города оказались частично застроенными современными многоквартирными домами». И это определение сразу начинает «работать»: действительно, все они тут, бывшие подмосковные, теперь оказавшиеся в черте невероятно разросшегося мегаполиса, собраны под одной обложкой. И взрослый читатель, школьный учитель, и его ученик увидят на форзаце многие знакомые названия: Алтуфьево, Виноградово, Воронцово, Знаменское-Садки, Кузьминки, Люблино, Михалково, Узкое, Черёмушки, Ясенево. Очень удобно, что описание каждой главы предваряется схемой проезда, например: Станция метро «Тёплый Стан», далее автобусом № 37 до остановки «Зона отдыха Битца» или автобусами № 281 и 781, троллейбусами № 72 и 81 до остановки «Проезд Карамзина»; либо станция метро «Ясенево», далее автобусами № 710 и 202 до остановки «Зона отдыха Битца»; при любом варианте — далее пешком через зону отдыха. Так вы доберётесь до усадьбы «Знаменское-Садки», и могу сказать по собственному опыту, что это достоверная схема, именно так я и добиралась до усадьбы.

    Для удобства осмотра в книге можно найти подробные схемы всех десяти усадеб, с их родовыми гербами, которые впоследствии расшифровываются. В ходе рассказа об усадьбах автор разрушает многие мифы о происхождении названия и об их памятниках архитектуры, например: «...Люблино пока мало изучено. Суть подавляющего большинства краеведческих и даже научных работ о нём сводится к следующему: в 1801 г. владельцем Люблина был бригадир Н.А.Дурасов (некоторые специалисты почему-то любят называть его графом, хотя род Дурасовых никогда не имел графского титула); по приказу Н.А.Дурасова тогда же в его усадьбе был построен дом, имеющий в плане вид ордена Святой Анны, которой якобы очень льстил тщеславию владельца, поэтому бельведер украшала и статуя этой же святой. Создателем этого оригинального здания до недавнего времени считался архитектор И.В.Еготов. Кроме того, часто упоминают жившего на даче в Люблине Ф.М.Достоевского». В разделе, посвящённом этой усадьбе, автор пытается опровергнуть это общепринятое мнение. Не со всеми его выводами можно согласиться, но вот что ценно: он знакомит читателя с новыми данными, полученными из частных собраний и государственных хранилищ, а также с результатами собственных исследований. Сам список архивов и библиотек, откуда автор черпал документальный материал, заслуживает отдельного упоминания: Архив Российской академии наук, Центральный государственный архив Московской области, отдел письменных источников Государственного Исторического музея, отдел рукописей Российской государственной библиотеки, Российский государственный архив древних актов, Российский государственный военно-исторический архив, Центральный исторический и Центральный муниципальный архив г. Москвы, редкие старые публикации.

    Честно говоря, не вижу смысла в том, чтобы пересказывать содержание всех разделов книги. Дело в том, что читатели уже хорошо знакомы с этим автором: его перу принадлежат многие публикации в нашей газете, посвящённые московским усадьбам, которые в переработанном и дополненном виде вошли в книгу.

    Но вот процитировать несколько грустных мыслей по поводу современного состояния усадеб, наверное, стоит. Меня поразили такие сведения: «Церковь была второй раз закрыта в 1920 г., тогда в ней отпала надобность, и новые хозяева Черёмушек просто перестали вызывать к себе священника. С того времени её помещение использовали под хозяйственные нужды. Ещё в 1920-х гг. иконостас был ликвидирован, разобраны звонница и церковные ворота. Ныне в непосредственной близости от церкви находятся сооружения реактора, поэтому её нельзя сделать действующей». И такие фразы встречаются в конце описания почти каждой усадьбы.

    А в «Заключении» путешествия по московским усадьбам автор приходит к грустному итогу: «Увы, несмотря на некоторые позитивные перемены последнего десятилетия (возрождение усадебных храмов, ремонт отдельных памятников), состояние большинства описанных в книге усадеб не может не внушать тревоги. Минувший XX век обошёлся с ними безжалостно». Увы, увы! (даже не могу подобрать иного междометия) — это справедливо по отношению к усадьбам по всей России, знаю по собственному опыту, исключение составляют лишь несколько разрекламированных в любом путеводителе ансамблей: Царицыно, Кусково, Архангельское и ещё два-три комплекса. Грустно становится, когда читаешь эту фразу даже в учебном пособии, но это наша реальность. И всё же некоторый оптимизм внушают конструктивные предложения автора: «Вы тоже можете внести свой вклад в дело сохранения памятников прошлого с помощью такого метода, как фиксация... Ещё один способ спасения памятников — их популяризация: ведь то, что широко известно, труднее уничтожить». На этой фразе я остановилась и поняла, с какой целью так тщательно подбирался для книги уникальный документальный и фотографический материал: всё для того, чтобы её читатели захотели посетить эти замечательные историко-архитектурные ансамбли. И ещё одну заветную мысль автор высказывает в самом конце своего повествования: «Давайте постараемся общими усилиями сохранить наше культурное наследие, чтобы с честью передать его грядущим поколениям!». Мне сразу захотелось претворить этот призыв в жизнь.

    Мария ВЕПРЕНЦЕВА

    TopList