© Данная статья была опубликована в № 11/2006 журнала "История" издательского дома "Первое сентября". Все права принадлежат автору и издателю и охраняются.
  •  Главная страница "Первого сентября"
  •  Главная страница журнала "История"
  •  Сайт "Я иду на урок истории"
  •  Содержание № 11/2006
  • Секреты господина Сильвио

    Секреты господина Сильвио

    Тайна жизни и смерти пушкинского героя Сильвио.
    О чём умолчал автор?

     

     

    Материал для подготовки интегрированного урока по истории и литературе на тему
    «Положение Греции под властью Османской империи.
    Восстание и начало освободительной войны в Греции». 8 класс

     

    Облик главного героя повести «Выстрел» Александр Сергеевич Пушкин набросал штрихами, рассказав о таинственном господине Сильвио лишь малую часть того, что мог бы. Для людей его времени вполне достаточно было и намёков, но ныне живущим они мало понятны, и сгоряча пушкинского Сильвио можно принять за жертву предрассудков высшего общества. На самом деле это персонаж политического триллера, упрятанного рассказчиком Иваном Петровичем Белкиным сразу в несколько повестей, из фрагментов которых складывается занятная мозаика тайного повествования.

    Члены тайного общества Николаос Скуфас, Афанасиос Цакалов и Эммануил Ксантос принимают Великую клятву

    Члены тайного общества Николаос Скуфас,
    Афанасиос Цакалов и Эммануил Ксантос
    принимают Великую клятву

    Угрюмый, крутого нрава, злой на язык человек, имевший отроду лет около 35, жил в одном из малороссийских военных поселений, общаясь только с офицерами гарнизона. Он носил иностранное имя, но казался русским, а прежде служил в гусарах… Вот, пожалуй, и всё описание героя, данное Пушкиным уже в первых абзацах его повести. Несмотря на скупость сообщённой информации, всё же можно обнаружить «веские исторические улики», позволяющие кое-что предполагать. Итак, Сильвио в прошлом гусар, – а этот род лёгкой кавалерии появился в России при Петре Великом, и сначала для службы в гусарах вербовали сербов, валахов, венгров, трансильванцев и молдаван, считавшихся искусными наездниками и отчаянными удальцами. Со временем гусарские полки перестали комплектовать исключительно из иностранцев, но традиции сохранялись: в них набирали только путём вербовки, и в русских гусарах всегда служило немало отчаянных сорвиголов, вынужденных покинуть свои страны. Сильвио был, скорее всего, одним из тех греков, что, спасаясь от преследования турок, в больших количествах переселялись в Россию, и подтверждение этому предположению находим у Пушкина: «..никто не знал причин, по которым он оставил службу и поселился в этом бедном местечке, где жил вместе и бедно, и расточительно. Ходил вечно пешком, в изношенном чёрном сюртуке, а держал открытый стол для всех офицеров нашего полка». Здесь важно всё: и малороссийское местечко, и неясность его доходов, и даже чёрный сюртук Сильвио: во всё чёрное одевались жившие в Малороссии члены «Этерии», тайного греческого общества, готовившего восстание, в котором принял участие и Сильвио.

    Гетерия, или этерия, по-гречески означает «союз» или «товарищество» — так называлось несколько тайных обществ, боровшихся против турецкого владычества.

    Граф Иоаннис Антонович Каподистрия (1776—1831)
    Граф
    Иоаннис Антонович
    Каподистрия
    (1776—1831)

    Первую «Этерию» в 1795 г. основал греческий поэт Константин Ригас, для которого поэзия была призванием, но не единственным: по роду занятий Ригас был атаманом «клефтов» — как называли разбойников, укрывавшихся в ущельях гор Пинда и Парнаса. Он пытался расширить заговор, вёл переговоры с другими предводителями «клефтов», лидерами общин в самой Греции, а также с представителями диаспоры в разных странах. Ригаса выследили в Вене и, по требованию турецкого посла арестовав, выдали в Константинополь, где в 1798 г. глава «Этерии» был расстрелян.

    Однако его усилия не пропали даром, и вместо одной «Этерии» на деньги греческих коммерсантов, отчислявших «на общее дело» часть своих доходов, возникло несколько тайных обществ с тем же названием. Рассеянные по разным странам, торговцы-греки испокон веку объединялись в тайную корпорацию, поддерживающую «своих». Они имели нелегальные связи, свою систему расчётов и передачи средств, а коммерция являлась отличным прикрытием их разъездов и встреч со множеством людей.

    Трое греческих купцов: Николаос Скуфас из Арты вместе с единомышленниками Афанасием Цакаловым из Янины и Панатиотом Анагнопусуло из Адрцены в 1814 г. создали свою «Этерию» в Одессе. Члены одесской «Этерии» были разделены на 8 степеней: «побратимы», «порученцы», «иереи», «пастыри», «архипастыри», «посвящённые», «начальники посвящённых», и наконец, самая главная, восьмая степень посвящения — «тайная великая власть». Имя «тайной великой власти» держалось в «строжайшем секрете», но «начальники посвящённых» прозрачно намекали, что ими правит укрывшийся за этим псевдонимом сам русский император Александр I.

    Тайные агенты различных «этерий» проникли во все уголки европейских владений Турции, ведя вербовку сторонников и агитацию. Постепенно к заговору примкнули все атаманы пиндских клефтов, вожди общин диаспоры, крупные негоцианты, судовладельцы с островов и побережья, и к 1820 г. ситуация в Греции «дозрела» до восстания. «Этерия» Скуфы перенесла свою штаб-квартиру в Кишинёв, планируя поднять восстание в придунайских княжествах, выведя их из-под турецкого владычества. Вожди «Этерии» направили своих тайных послов Галлатиса и Калеаргиса к Иоаннису Каподистрия, предложив ему встать во главе восставших, и в случае успеха дела получить верховную власть в Молдавии и Валахии.

    Граф Иоаннис Антонович Каподистрия происходил из богатой греческой семьи, жившей на о. Корфу. Он окончил медицинский факультет Падуанского университета и карьеру начал, служа врачом на кораблях турецкой военной эскадры. Его отец был мастером масонской ложи, существовавшей на семи островах в Ионическом море, принадлежавшей Венецианской республике и подчинявшейся Великой ложе Италии. Со временем граф Иоаннис должен был наследовать власть над «ионическими масонами». Но после оккупации островов армией консула Бонапарта ложа была разгромлена, а «великого мастера», графа Антонио, посадили в плавучую тюрьму и собирались расстрелять. Спасло его вторжение русских войск, высаженных на острова объединённой русско-турецкой эскадрой, которой командовал Ф.Ф.Ушаков. Иоаннис Антонович немало способствовал успеху этой операции, тайно прибыв на острова, чтобы подготовить высадку русского десанта.

    После изгнания французов Каподистрия сделал головокружительную карьеру: стал чрезвычайным комиссаром правительства Республики Ионических островов, затем министром внутренних и иностранных дел, ведал военно-морским ведомством. Кроме того, он командовал местной милицией — отрядами греков, которые были вооружены и содержались за счёт русских. Молодой граф со временем непременно стал бы президентом островной республики, но тут европейская политика заложила очередной вираж, и после подписания мирных договоров Ионические острова перешли под протекторат наполеоновской Франции. Каподистрия оставил родину и выехал в Россию, где поступил на службу в Коллегию иностранных дел. В августе 1811 г. его отправили в Вену, на не соответствующую его чину статского советника должность — сверхштатного секретаря посольства. Там, в Вене граф на русские деньги основал литературно-политическое «Общество друзей муз» — «Филомусион этерия», а также тайное общество «Филики этерия» — обе организации унаследовали связи ионической ложи его отца.

    Дмитрий Ипсиланти, соруководитель организации «Филики этерия»

    Удостоверение члена общества «Филики этерия»

    Александр Ипсиланти, соруководитель организации «Филики этерия»

    Дмитрий Ипсиланти,
    соруководитель организации
    «Филики этерия»
    Удостоверение
    члена общества
    «Филики этерия»
    Александр Ипсиланти,
    соруководитель организации
    «Филики этерия»

    «Филомусион этерия» объявило своею целью «помощь и просвещение в Элладе, колыбели европейской цивилизации», и в него вступило около 80 тыс. человек в разных странах. «Филомузы» собрали в банках Мюнхена и северной Италии огромные деньги, щедро оплачивая свою широко развернувшуюся просветительскую деятельность… под прикрытием которой действовала «Филики этерия».

    Используя свои огромные связи и финансовые возможности, Каподистрия оказал важнейшие услуги во время борьбы с Наполеоном и после войны получил министерский портфель в русском правительстве. Он продолжал руководить тайной организацией «Филики этерия» — казалось, граф как нельзя лучше подходил для отводившейся ему роли. Но Иван Антонович, как его привычно звали на русский лад, в силу своей осведомлённости о всех тонкостях политической ситуации слишком хорошо знал, что в России и Австрии «Этерии» считают революционными организациями и опасаются, что поддержка их действий может раздуть пожар революций в разных местах Европы. А между тем именно по инициативе русского императора был создан Священный союз европейских монархов, как раз и предназначавшийся для того, чтобы такие выступления подавлять и не дать возможности повториться тому, что случилось в 1790-х гг. во Франции.

    Выслушав послов кишинёвской «Этерии», граф решительно отказался встать во главе восставших, заявив о весьма малой вероятности прямой военной поддержки со стороны России в случае выступления, а на силы одних только повстанцев в борьбе с турецкими войсками он не надеялся.

    После того как послы «Этерии» рассказали об отказе графа, вожди тайного общества приказали ликвидировать Галлатиса и Калеаргиса, чтобы скрыть сам факт обращения к Каподистрия, а главное, чтобы утаить его мнение о том, что Россия не поддержит восстание, поскольку они много лет убеждали людей, вовлечённых в заговор, в обратном.

    Другие послы общества, Ксанф, а потом Папаригопуло, передали предложение возглавить отряды «этеристов» князю Александру Константиновичу Ипсиланти, герою войны с Наполеоном, генерал-лейтенанту русской службы, на тот момент бывшему в почётной отставке из-за инвалидности – в битве при Кульме пушечное ядро оторвало ему руку. Князь не знал того, что знал отказавшийся Каподистрия, и считал, что «тайная великая власть» не оставит восставших.

    Сильвио. Иллюстрация А.Ванециана к повести А.С.Пушкина «Выстрел»

    Сильвио.
    Иллюстрация А.Ванециана
    к повести А.С.Пушкина «Выстрел»

    Кроме того, Ипсиланти был кровно заинтересован в успехе дела «этеристов» — он происходил из семейства фанариотских греков, правивших в Валахии и Молдавии. Его предок был когда-то главой цеха меховщиков Константинополя, а после стал валашским господарем. Дед князя Александра, валашский господарь Александр Ипси- ланти-старший, дружил с Константином Ригасом и вступил в его «Этерию». После ареста и казни Ригаса валашский господарь уцелел, но в 1806 г. турецкие власти добрались и до него: старого князя Александра арестовали и в 1807 г. казнили, отрубив голову.

    Отец князя, Константин Александрович Ипсиланти, бросив молдавский престол и всё имущество, успел сбежать с семьёй в Россию, жил в Киеве, где и умер в 1816 г.

    В предложении «этеристов» Александр Ипсиланти увидел шанс вернуться и править Молдавией и Валахией, а потому легко согласился. Срочно прибыв в Одессу, он включился в переговоры с греческими вождями на сопредельных территориях, стал активно вербовать сторонников с русской стороны. Князь распоряжался огромными деньгами – греки в Таганроге, Одессе и Херсоне собрали 5 млн франков, которые вкупе с тайными связями «этеристов» делали возможности Ипсиланти практически неограниченными. Он собрал под своим знаменем «этерийский полк», или «Священную фалангу», в которую вошло около 500 казаков, русских добровольцев, греков и арнаутов – как турки называли албанцев. Именно к этому отряду и примкнул господин Сильвио, после того как побывал в поместье своего соперника-графа и произвёл остававшийся за ним выстрел, вполне насладившись местью.

    Ситуация складывалась в пользу заговорщиков: турки потратили огромные усилия для подавления очередного выступления в Сербии, одновременно с этим в центре Балкан турецкие войска вели полномасштабную войну против армии политического авантюриста и кровавого деспота янинского Али-паши, вознамерившегося построить «великую Албанию», независимую от власти султана. Паша помогал повстанцам оружием и деньгами, и восстание, подготовленное «этериями», вспыхнуло одновременно в разных частях Греции. Главный успех выступления заключался в том, что к нему примкнули многие заметные личности, за которыми пошли люди.

    «Священная фаланга» под командой Ипсиланти в конце февраля 1821 г. переправившись через Прут, легко овладела несколькими городами края, где в то время царила политическая и административная неразбериха. К ней присоединились отряды недовольных турецким правлением, и число людей под началом Ипсиланти и его сподвижников составило до 6 тыс. человек.

    Но вместе с первыми успехами были сделаны и ошибки: захватившие город Галац люди из отряда Василия Карависа убили имама, осквернили мечеть, грабили и убивали. Ипсиланти вполне одобрил образ действий Карависа, и сам поступил не лучше: приказал арестовать валашского банкира Андра и потребовал от его семьи огромный выкуп за освобождение. Видя, как действуют командиры, не стеснялись и рядовые «этеристы», убивая, грабя и похищая людей. Напуганные крестьяне и обыватели не спешили присоединяться к отрядам Ипсиланти, а молдавские бояре, памятуя о том, как прежние господари из греческих фамилий, назначавшиеся турецкими правителями в Молдавию, попирали их привилегии, бежали под защиту австрийцев и турок. Поднять общее восстание в княжествах не удалось, а дальнейшие шаги Ипсиланти ситуацию не исправили. Вместо энергичных действий по укреплению взятой власти и завоевания симпатий населения, князь Александр поселился в ясском дворце своих предков, валашских господарей, и вёл себя как коронованная особа. Балы, концерты, праздники следовали один за другим, так, словно ничего не грозило ни Ипсиланти, ни его затее.

    Россия официально заявила, что ничего общего с «этеристами» не имеет, а константинопольский патриарх отлучил «разбойника Ипсиланти» от Церкви. Но князь Александр выпустил прокламацию, в которой утверждал, что Россия поддерживает его действия, и уверял своих соратников, что все неприятные заявления в адрес его и «Священной фаланги» — это только «дипломатические маневры», а на самом деле со дня на день через Прут перейдут русские полки.

    Александр Ипсиланти форсирует реку Прут. Питер фон Гесс
    Александр Ипсиланти
    форсирует реку Прут.
    Питер фон Гесс

    Но ни один русский солдат так и не ступил на молдавский берег, подошли турецкие войска, посланные для подавления мятежа, и 19 июня 1821 г. под Драгоманом повстанцы потерпели сокрушительное поражение — с поля сражения ушли живыми десяток-другой человек во главе с капитаном Иордаки Олимбиоти. Их преследовали, пока не загнали в монастырь Секу, где они оборонялись до последней возможности, а потом взорвали себя вместе с монастырём и сгорели в его развалинах.

    После июньского разгрома Ипсиланти, бросив своих людей, бежал в Австрию, где его немедленно взяли под стражу и заключили в тюрьму, в которой он провёл 6 лет, пока по просьбе императора Николая I князя не выпустили, дав возможность умереть дома.

    Остатки сил повстанцев, которыми командовал князь Георгий Кантакузин, отошли к русской границе.

    Под Скулянами 700 «этеристов» были атакованы 15 тыс. турок, и там вместе с остатками «этерийского полка» и погиб Сильвио, избавившись от судьбы ещё более горькой.

    В другой своей повести, «Кирджали», Пушкин рассказал, что сталось с теми, кто выжил в жестокой сече под Скулянами и, переплыв Прут, оказался на русской территории. Их объявили разбойниками: беглецов вылавливали и по требованию турецкой стороны отправляли в Яссы для суда.

    Валерий ЯРХО

    TopList