© Данная статья была опубликована в № 07/2006 журнала "История" издательского дома "Первое сентября". Все права принадлежат автору и издателю и охраняются.
  •  Главная страница "Первого сентября"
  •  Главная страница журнала "История"
  •  Сайт "Я иду на урок истории"
  •  Содержание № 07/2006
  • Сидя в бурьяне с ясным взором
    КЛИО и ТВ

    Некоторое время назад можно было не без удовлетворения констатировать: на российском телевидении произошёл прорыв в тему отечественной истории. Едва ли не все центральные каналы выпустили многосерийные проекты, приятно удивлявшие фактической основательностью и журналистским профессионализмом. Позже других откликнувшийся на эту тенденцию ТВЦ нынче берёт качеством своего документального сериала: «Вторая мировая. Русская версия», на наш взгляд, — лучшее произведение в этом жанре на сегодняшний день. Взвешенность и приверженность фактам, подтверждённые редкостным по качеству и объёму видеорядом старой кинохроники разных стран, участвовавших в мировой войне, — вот главные козыри этого телефильма, который заслуживает отдельного разговора. К сожалению, явные «осечки» в сфере телевизионного документального искусства случаются гораздо чаще. В сущности, этого следовало ожидать, после того как в образовавшийся прорыв хлынула «телевизионная пехота».

    Не так давно по первому каналу прошла передача о жизни и смерти Андрея Януарьевича Вышинского – одного из главных деятелей сталинского террора, обвинителя на политических процессах конца 1930-х гг., запустившего в обиход жуткие словосочетания, вроде: «Расстрелять как бешеных собак!». Эта фраза из обвинительной речи Вышинского стала названием фильма. В передаче участвовало множество состарившихся «звёзд вчерашних дней», некогда начинавших карьеру под началом Вышинского или работавших с его учениками, словом, причастных к теме разговора напрямую.

    Испортить эту часть фильма было крайне трудно, но лишь только создатели углубились чуть далее 1917 г., как тут же заявили, что Вышинский был агентом полиции — его якобы завербовали ещё в 1907 г., когда он сидел в бакинской тюрьме по обвинению в принадлежности к меньшевистской группе экспроприаторов. В качестве доказательства был приведён тот факт, что Вышинского выпустили и разрешили восстановиться в Киевском университете (с юридического факультета Андрея Януарьевича вышибли после участия в студенческих беспорядках «без права поступления в учебные заведения Российской империи»).

    Конечно, обвинение в доносительстве товарищей по подполью никак не может испортить репутацию человека, который, находясь на посту Генерального прокурора, объявил признание подсудимого главным доказательством его вины и развязал руки для выбивания этого главного доказательства разными способами. Но похоже, что создатели «Расстрелять как бешеных собак» не слишком ориентируются в истории дореволюционной России. Ну не знают они, что далеко не все, кого обвиняли в принадлежности к революционным организациям, были осуждены, а тем более сосланы на каторгу или на жительство в отдалённые места Сибири. Исключили Вышинского с «волчьим билетом» прежде, чем осенью 1905-го была объявлена амнистия всем политическим заключённым. Тогда выпустили даже каторжников-«бессрочников» из числа тех, кто за террор был приговорён к смертной казни и помилован. В сравнении с делами этих монстров революционного террора политическая деятельность Андрюши Вышинского выглядела детской шалостью — данью увлечения модой на радикальную политику в молодёжной среде. После амнистии он, как и все «пострадавшие», был восстановлен в правах и привилегиях, отнятых прежде, а после того, как его, продержав год в тюрьме, выпустили, уехал из Баку и спокойно восстановился в университете. Понятно, что для этого совсем не обязательно было сотрудничать с «охранкой».

    Ниже всякой критики получился сериал о терроре времён первой русской революции под названием «Ретротеррор», выпущенный РТР. Его создатели, очевидно из самых благих побуждений, пытались перенять опыт другого сериала — «Преступления в стиле ретро», который прошёл года два-три назад. Успех тому сериалу принёс питерский профессор Лев Лурье, отлично разбиравшийся в предмете, а главное, обо всём сам рассказывавший с экрана.

    Был применён модный нынче ход: рассказ Лурье иллюстрировался кинохроникой тех лет, о которых шла речь, умело «разбавленной» постановочными сценками, ловко стилизованными под немое кино. И всё, казалось бы, хорошо, но «телепехотинцы», рассказывая о событиях, «имевших место в действительности», вставляли в них значительные куски отсебятины, выстраивая свою версию событий и превращая исторический сериал-расследование в калейдоскоп апокрифических сказаний и былин.

    С лёгкой руки авторов сериала Евно Азеф прямиком является в кабинет министра внутренних дел фон Плеве и нахально требует увеличить ассигнования на его работу, в противном случае он, дескать, «ничего не гарантирует». Агент департамента полиции и министр внутренних дел Российской империи спорят и препираются, причём последний явно смущён! Разность масштабов этих двух личностей в историческом и политическом контексте времени, о котором шла речь, сочинителей-производителей совершенно не смутила. Им важно было привлечь внимание зрителей с помощью «раскрученной фигуры», и Азеф на эту роль подходит как нельзя лучше — поскольку кочует по страницам книг, теле- и киноэкранам, его имя на слуху — звезда террора и секретной службы, яркий миф, созданный средствами массовой информации. А Плеве — ну кто такой Плеве? Не убили бы его боевики Азефа, так о нём и не вспомнили бы — он и нужен-то был создателям фильма лишь как «жертва» главного действующего лица.

    Вернёмся же к телесериалу о терроре начала первой русской революции. Рассказывая о Шлиссельбургской крепости, исполнявший роль рассказчика сидел в поросших бурьяном развалинах тюремного корпуса и глядел в телекамеру ясным взором. Оказывается, в дни премьерства Столыпина, когда власть нанесла по революционерам ответный удар, во дворике шлиссельбургской тюрьмы, где происходили казни приговорённых к смерти революционеров, каждый день вешали, и случалось, «в день казнили до тридцати человек». Просто комбинат смерти какой-то — «русский Аушвиц»! Не трудно посчитать, что при таких «темпах» через месяц-другой казнили бы вообще всех русских революционеров, имевшихся в то время в наличии. И самое скверное, что «запустивший» эти измышления тележурналист иногда ссылался и на публикации журналов «Каторга и ссылка», «Былое», «Красный архив», кои принято считать солидными источниками, однако удержаться от преувеличения не смог.

    Шедевром дезинформации явился рассказ о гибели Николая Баумана. Согласно версии авторов, в тот день, когда его освободили по амнистии из тюрьмы, шёл Николай Эрнестович по улице Покровке в Москве с красным флагом в руках(!), а навстречу ему двигался пьяненький дворник, в руках которого был обрезок трубы. Флаг и Бауман не понравились дворнику-черносотенцу, тот хватил революционера по голове трубой и убил его насмерть. Следует отметить, что обстоятельства гибели Баумана очень похожи — была и труба в руках убийцы Михалина (который вовсе не являлся дворником, а работал на фабрике Щапова), и причина убийства была именно та самая — личная неприязнь к флагу с надписью «Долой самодержавие» и к тому, кто его нёс. Только если в иных случаях авторы фильма давали волю воображению, то здесь они отчего-то были немногословны и «позабыли» рассказать, что роковая встреча Михалина с Бауманом, являвшимся членом большевистского ЦК, произошла во время демонстрации вооружённых студентов Технического училища, организованной большевиками. Они шли громить «русскую Бастилию» — тюремный замок на Таганке, откуда за неделю до того был выпущен Николай Эрнестович. Конечно же, он прекрасно знал, что в «Таганке» не осталось политзаключённых, кроме четверых анархистов, отказавшихся принять амнистию по идейным соображениям. Эта акция должна была стать «ответом на царский манифест», а фактически являлась политической провокацией: в ходе столкновения у тюрьмы непременно должны были быть жертвы, и обязательно явился бы повод обвинить в кровопролитии царскую администрацию. В случае же захвата тюрьмы власть также обязана была как-то отреагировать. Николай Эрнестович оторвался от колонны, выехал на извозчике вперёд, желая привести под знамя демонстрации рабочих фабрики Дюферменталя, митинговавших у фабричных ворот, но его увидел щаповский рабочий Михалин, затеявший с ним драку, в результате которой и погиб Бауман. Так в рассказе о том, какими методами делалась революция, на первый план вышла мелкая разборка подвыпившего дворника-черносотенца, повстречавшего революционера с флагом.

    А история с ограблением банка Общества Взаимного Кредита, происшедшая в марте 1906 г.! По версии создателей фильма «Ретротеррор», группа налётчиков из числа «эсеров-максималистов», перестреляв охрану, захватила все ценности и скрылась. Начальник сыскной полиции поклялся найти грабителей, а они убили его дома, на глазах жены и детей. Ужаснее всего то, что человек, писавший сценарий, вовсе не ошибался и не запутался в фактах, а, возможно, намеренно совершил подлог. Очевидно, что сценарист знал, «как было на самом деле», но решил немного добавить остроты и динамики, чуточку «передёрнув факты».

    Банк в марте 1906 г. действительно грабили, и даже сумма наличных денег, похищенных оттуда, названа точно. Налёт совершили «максималисты», которыми командовал знаменитый политический бандит Мазурин, по кличке «Володя», и он действительно убил шефа сыскной полиции Войлошникова. Только произошло это несколькими месяцами ранее, когда «Володя» входил в штаб объединённой боевой дружины, поздней осенью 1905 г. захватившей Прохоровскую мануфактуру, превратив её в свою штаб-квартиру. Во главе отряда боевиков Мазурин явился на квартиру Войлошникова, жившего неподалеку от Пресни, и, объявив его арестованным, увёл с собой, а потом расстрелял в соседнем дворе. Произошло это в декабре 1905 г., а экспроприацию в банке ребята «Володи» провернули в марте 1906-го. Исполнявший тогда обязанности начальника сыскной полиции Моисеенко никому никаких клятв не давал, никто его не убивал. В этой должности Моисеенко служил ещё несколько лет, пока не «погорел» в скандальной истории, связанной с коррупцией московской администрации. Место начальника московских сыщиков занял знаменитейший Аркадий Францевич Кошко, присланный из Петербурга «для усиления кадров».

    Создателям подобных сериалов нелишне будет напомнить, что для многих россиян «телик» — главный просветитель, а зрители наши — это не «пипл», который «схавает» то, что ему скормят с экрана. Как показывают опросы, наши люди болеют за свою историю, а у российских школьников это самый любимый предмет. Так что если господам создателям «телепродукта» и не жалко абстрактный «пипл», то пусть пожалеют своих собственных детей, ведь им, возможно, придётся жить среди беспамятных юродствующих безумцев, которых они могут наплодить, самовыражаясь в жанре исторических сериалов.

    Валерий СОБОЛЕВ

    TopList