© Данная статья была опубликована в № 15/2005 журнала "История" издательского дома "Первое сентября". Все права принадлежат автору и издателю и охраняются.
  •  Главная страница "Первого сентября"
  •  Главная страница журнала "История"
  •  Сайт "Я иду на урок истории"
  •  Содержание № 15/2005
  • «Третья корзина» снова прохудилась

     

    Ведущий рубрики
    Анатолий БЕРШТЕЙН

    «ТРЕТЬЯ КОРЗИНА»
    СНОВА ПРОХУДИЛАСЬ

    30 лет назад, 1 августа 1975 г., в Хельсинки СССР подписал Заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, включавший признание незыблемости послевоенных границ, невмешательство во внутренние дела стран, а также обязательство неукоснительно соблюдать на своей территории права человека.

    После ввода наших войск в Чехословакию и последовавшего за этим обострением в отношениях между Западом и Востоком Европы, после разгрома диссидентского движения в конце 1960-х – начале 1970-х гг., высылки И. Бродского и А. Солженицына СССР попытался смягчить негативные последствия этих «акций». Заинтересованы в этом были и наши противники в «холодной войне». После исторического визита Никсона в Москву и Брежнева в США, после обмена шпионами и диссидентами, после того, как было разрешено первым группам евреев выехать в Израиль, наступил период, получивший название «разрядки международной напряжённости». Кульминационным её моментом стало самое значительное после Второй мировой войны Совещание по безопасности и сотрудничеству в Европе, в Хельсинки, в котором на высшем уровне приняли участие 33 европейские страны, представлявшие НАТО и Варшавский Договор, а также США и Канада.

    Л.И. Брежнев подписывает Заключительный акт Хельсинкского соглашения
    Л.И. Брежнев подписывает
    Заключительный акт
    Хельсинкского соглашения

    В определённой степени это совещание стало дипломатической победой СССР, т.к. Запад практически признал раскол Европы по блокам, а страны Восточной Европы стали полноценными участниками европейского процесса. Для всего же мира были важны основные договоренности, а именно: подтверждение Потсдамских соглашений, признание всеми странами незыблемости границ после войны, невозможность территориальных претензий, обязательство решать спорные вопросы исключительно мирным путем, в то же время было закреплено признание принципа невмешательства во внутренние дела других стран.

    Но был в Заключительном акте Совещания и один особый, по-своему беспрецедентный раздел: руководители Варшавского Договора приняли на себя также обязательство придерживаться международных стандартов в области прав человека. Это было зафиксировано в третьей части, в так называемой «третьей корзине», финального документа. Конечно, СССР не собирался выполнять положения об основных правах человека, это был только ход, рассчитанный на создание благоприятного имиджа неосталинистского режима, и составная часть политического компромисса. Что прекрасно понимали диссиденты в СССР. «Советские вожди, — написал позже Юрий Орлов, основатель Хельсинского правозащитного движения, – пошли на такой рискованный договор скорее по неким стратегическим, чем пропагандистским соображениям, и, конечно, о выполнении обязательств по правам человека им и подумать было смешно».

    Тем не менее, формальное подписание СССР Заключительного акта позволило, уже под международной эгидой, продолжить борьбу за права человека в СССР. 2 мая 1976 г. по инициативе физика Юрия Орлова была создана Московская группа содействия выполнению Хельсинкских соглашений с целью осуществления контроля за выполнением советским правительством гуманитарных статей договора. В её состав вошли: Людмила Алексеева, Михаил Бернштам, Елена Боннэр, Александр Гинзбург, Петр Григоренко, Александр Корчак, Мальва Ланда, Анатолий Марченко, Виталий Рубин, Анатолий Щаранский. За время своей деятельности группа выпустила 195 документов, несколько обзоров, а также ряд сообщений и заявлений о нарушениях прав человека в СССР. В отличие от прежней «Хроники текущих событий», которая периодически продолжала выходить, документы МГСВХС содержали не только информацию о ситуации с правами человека в СССР, но и аналитику с комментариями. Документы и материалы по мере их получения и обработки отправлялись за границу, где уже издавались в виде сборников. По примеру Московской группы аналогичные ассоциации были созданы в Армении, Грузии, Украине, Литве. В начале 1980-х гг. была создана Международная Хельсинкская федерация.

    Демонстрация в защиту одного из основателей Московской Хельсинской группы Анатолия Щаранского, осуждённого к 13 годам заключения за правозащитную деятельность. 1981 г.

    Демонстрация в защиту одного из
    основателей Московской Хельсинской группы
    Анатолия Щаранского, осуждённого к 13 годам
    заключения за правозащитную деятельность.
    1981 г.

    Правозащитники резко выступили против войны в Афганистане, затем высылки в Горький академика Сахарова. Маски были сброшены. Ответная реакция советского режима была жёсткой и мгновенной: почти все члены МГСВХС один за другим были арестованы или выдавлены из страны (кто-то подсчитал: общий срок арестованных членов ассоциации — 60 лет лагерей и 40 лет ссылок); в 1982 г. на свободе оставались три человека, и когда на одну из оставшихся — С.В. Калистратову — было заведено уголовное дело, МГСВХС опубликовала свой последний, 195-й, документ о самороспуске. В 1989  г. было объявлено о «восстановлении Московской Хельсинкской группы». Её создали на основе пресс-клуба «Гласность» (Л. Богораз, С. Ковалёв, Л. Тимофеев и др.), попытавшегося уже в 1987 г. организационно продолжить традицию противостояния системе. Членами МХГ тогда стали вернувшиеся из лагерей политзаключённые, сопредседателями — Лариса Богораз и Лев Тимофеев, а через несколько лет их сменили возвратившиеся из эмиграции Кронид Любарский и затем Людмила Алексеева, избранная в 1998 г. президентом Международной Хельсинкской федерации. В существующую ныне МХГ входят известные диссиденты и молодые правозащитники. В программе основной деятельности группы: мониторинги (главным образом, региональные) о положении с правами человека в самых разных сферах российской жизни, адресованные федеральной, региональной власти и западным правозащитным организациям. В одном из своих интервью Людмила Алексеева подвела промежуточный итог: «…Чего мы добивались? Чтобы перестали сажать в психушки и тюрьмы за убеждения. Сейчас это редкость, а тогда было правилом. Чтобы соблюдались требования национальных движений. Сегодня это отдельные государства, и мы защищаем права русских в Латвии на обучение на родном языке. Требовали свободы вероисповеданий – сегодня, конечно, большой прогресс по сравнению с советским периодом, но шаг назад по сравнению с началом 90-х, у нас принят антиконституционный закон о традиционных и нетрадиционных религиях. Но за веру не сажают, детей у верующих не отнимают. Мы требовали отмены цензуры, свободы объединений, свободы передвижения. Многое достигнуто. Хотя, конечно, рано говорить, что мы живём в правовом государстве, где чиновники уважают граждан и их права. Права нарушаются у нас в массовом порядке… Тем не менее, была пора преследований и арестов, было ельцинское время глухоты к нашим словам, но теперь время — имитации диалога. Это лучше, чем прежде, и надо стараться, чтобы диалог стал реальностью, другими словами: вся наша жизнь – борьба». Этому интервью исполнилось уже несколько лет. Складывается впечатление, что за последнее время «третья корзина» вновь прохудилась.

    TopList