© Данная статья была опубликована в № 26/2004 журнала "История" издательского дома "Первое сентября". Все права принадлежат автору и издателю и охраняются.
  •  Главная страница "Первого сентября"
  •  Главная страница журнала "История"
  •  Сайт "Я иду на урок истории"
  •  Содержание № 26/2004
  • Королевство Нового Света

     

    Королевство Нового Света

    Заявления о том, что Христофор Колумб был не первым европейцем,
    ступившим на земли за Атлантическим океаном, уже давно не новы. Более того, многие доказательства этого утверждения, некогда прозвучавшие сенсацией, по прошествии времени были так основательно забыты, что их приходится «открывать заново», как некогда саму Америку.
    Одна из них – книга знаменитого шведского ученого и путешественника,
    полярного исследователя Нильса Норденшельде (1832—1901).

    Норденшельд прославился своими рискованными экспедициями, за которые не раз награждался орденами различных государств. Среди них был и русский орден, пожалованный за исследование Северного морского пути, проводившееся при поддержке русского промышленника Сибирякова. Увлеченный своим делом, шведский полярник в свободное от экспедиций время занимался сбором исторических сведений о путешествиях в высоких широтах. Не скупясь, он покупал различные редкие книги и документы, записки капитанов, мемуары. И вот однажды в руки Норденшельда попала старинная книга, напечатанная в XVI в., в которой описывались путешествия членов знатного венецианского семейства Зено. Часть книги была посвящена приключениям двух братьев: Николо и Антонио Зено, которые более чем за сто лет до рождения Колумба состояли на службе у Зихмини, владыки небольшого княжества, располагавшегося на Фарерских островах в Норвежском море, столицей которого был город Фрисланда.
    Князь Зихмини, как и подобает потомку норманнов, был грозным пиратом, а Николо Зено служил у него в чине адмирала. По приказу своего владыки он совершил дальнюю вылазку на Запад и нашел там какие-то земли. (Рассматривая заметки Николо Зено, Норденшельд предположил, что пиратский адмирал побывал скорее всего в районе полуострова Лабрадор или на острове Гренландия.) Вернувшись из этой экспедиции, Николо почувствовал себя нездоровым и вскоре после возвращения на Фареры умер, но перед смертью отправил в Венецию гонца с письмом, в котором призывал на службу к князю брата Антонио. Прибывший во Фрисланду Антонио занял его место в пиратской флотилии, и теперь ему предстояло довершить начатое братом: князь Зихмини собирался прибрать к рукам заморские территории, учредив на них свое королевство.
    Впервые об этих землях он узнал от одного из своих подданных, рыбака из Фрисланды. Его артель, выйдя на лов, не вернулась и долгие годы считалась пропавшей в море. Нежданно-негаданно в один прекрасный день рыбак появился в родной гавани на необычном корабле, команда которого состояла из людей не виданной прежде расы. Корабль был гружен диковинными товарами, часть которых рыбак немедленно презентовал князю, после чего был благосклонно принят им и выслушан.

    Карта Скальхольта. XVII в.
    Карта Скальхольта. XVII в.

    А рассказал этот человек много удивительного! Оказалось, что после того, как буря отнесла их корабль очень далеко от родных мест, снасти были уничтожены, многие весла поломаны, — их плавание скорее напоминало дрейф. Из всей артели в живых осталось всего семеро, и велика же была их радость, когда однажды они увидели какой-то берег. Оказалось, что это большой остров. Они нарекли его — Эстотиоланда. (Норденшельд, сверяясь с картой в старой книге, предположил, что скорее всего это был Ньюфаундленд). Как бы то ни было, уцелевшие моряки выбрались на берег, оказавшийся обитаемым — в тот же день они встретили людей, вооруженных копьями. Это были воины местного племени, окружившие моряков и знаками приказавшие идти с ними. Фарерских рыбаков привели в селение, где представили вождю — фрисландцы посчитали его местным королем. Вождь о чем-то их грозно спрашивал, а они, в свою очередь, пытались объяснить — кто они такие и как попали в его владения. Но разговора у них не вышло, поскольку языка друг друга они не понимали совершенно. Наконец вождь, поняв бессмысленность подобных попыток, отдал какое-то приказание своим воинам, и те поспешно бросились его исполнять. Вскоре, к неописуемому удивлению фрисландцев, в королевскую хижину привели еще одного европейца! Его язык был тоже непонятен, но незнакомец знал немного латынь, они кое-как сумели с ним объясниться. Оказалось, что это товарищ по несчастью — матрос с корабля, который отнесло в эти воды бурей, так же, как корабль фарерских рыбаков. Судно разбилось в щепы о скалы, вся команда потонула, а его самого подобрали местные жители, среди которых он уже жил не первый год. Этот европеец и послужил переводчиком между местным владыкой и его незваными гостями. В конце этой аудиенции, убедившись в безвредности потерпевших крушение, король милостиво разрешил рыбакам остаться.

    Викинги использовали острова к западу для остановок на пути через Северную Атлантику. Двигаясь от Шетландских, Оркнейских и Фарерских островов к Исландии и Гренландии, скандинавы колонизировали новые земли. На карте не только обозначены эти острова, но и указано местоположение двух поселений викингов в Гренландии.

    Викинги использовали острова к западу для остановок на пути через
    Северную Атлантику. Двигаясь от Шетландских, Оркнейских и Фарерских островов
    к Исландии и Гренландии, скандинавы колонизировали новые земли. На карте
    не только обозначены эти острова, но и указано местоположение
    двух поселений викингов в Гренландии.

    Далее рассказчик поведал о тех, кто населял Эстотиоланду. По его словам, это были вполне цивилизованные, работящие и приветливые люди. Они возделывали землю, пользовались металлическими орудиями, мыли золото, вели торговлю с северной страной — рыбак называл ее Энгруэнладе (Гренландия), — выменивая у тамошних жителей меха, рыбий жир и серу.
    Фарерские рыбаки прижились у островитян, выучили их язык, в свою очередь научив их пользоваться буссолью и тем мореходным приемам, что знали сами, чем заслужили почет и уважение их короля. Последний, видя в их появлении руку проведения, решил осуществить свою давнишнюю мечту: отправить флотилию с воинами на завоевание страны, лежавшей южнее — на местном диалекте она называлась «Дриго». (В своих комментариях Норденшельде утверждал, что, судя по всему, это были территории полуострова Новый Браунгшвейг на материковой части Северной Америки.) Во главе флотилии король поставил опытных мореходов — рыбака (рассказчика), его товарищей и того европейца, что послужил им переводчиком в первый день прибытия на Эстотиоланду. Вскоре военная экспедиция на многих лодках выступила в поход на Дриго. Но завоевателей ждала полная неудача: сильная буря разметала суда, и ту лодку, в которой плыли фарерцы, выбросило к незнакомому берегу. Они высадились на сушу, рассчитывая пополнить запасы пресной воды, но на них напали и захватили в плен люди из какого-то племени, поджидавшие в засаде.

    Западное побережье Исландии. Колонисты устремились на этот остров в надежде обрести здесь землю. Полагают, что первый поселенец прибыл сюда в 870 г.; к 930 г. вся пригодная земля была уже распределена между колонистами

    Западное побережье Исландии. Колонисты устремились на этот остров
    в надежде обрести здесь землю. Полагают, что первый поселенец
    прибыл сюда в 870 г.; к 930 г. вся пригодная земля была уже распределена
    между колонистами

    Вот так они оказались во власти совершеннейших дикарей, оказавшихся ко всему прочему каннибалами. Участь пленных была ужасна — всех товарищей рассказчика съели! Сам же он выжил исключительно благодаря хитроумию: дожидаясь своей очереди стать «главным блюдом» на людоедском пикнике, рыбак показал дикарям, как можно ловить рыбу сетью. Это открытие так потрясло их наивные умы, что нашего рассказчика стали почитать за колдуна. Таким образом жизнь «фарерского Одиссея» была в очередной раз спасена, но слухи о необычайно умном и умелом пленнике, быстро расползшиеся среди соседних племен побережья, сыграли с ним злую шутку — каждый вождь захотел иметь «колдуна» в собственности. Из-за обладания им вспыхнули жестокие межплеменные войны, в финале каждой из которых он доставался победителю. Таким образом, в качестве воинского трофея рыбак за семь лет сменил 25 хозяев! Племена эти мало отличались друг от друга: металлов не знали, жили охотой, рыбалкой и собирательством. Каждое племя имело вождя, и все они почти все время воевали между собою. (Норденшельд предположил, что рассказчик описывал жизнь древних индейцев, обитавших в районе нынешних штатов Мен и Миссури. По его мнению, в пользу такого суждения говорил факт, косвенно подтверждающий правдивость рассказа рыбака: индейцы из племен, обитавших в этих местах, были единственными во всей Северной Америке, употреблявшими сети при ловле рыбы задолго до того, как с ними впервые «официально» познакомились европейцы.)

    Дракар викингов
    Дракар викингов

    Кое-как выучив примитивный язык дикарей, пленник начал расспрашивать своих хозяев об их стране, но преуспел мало — отлично зная те угодья, по которым кочевали сами, об остальном мире они имели весьма смутные представления. Правда, они слыхали от людей из других племен, что где-то далеко на юге люди живут совсем по-другому. Они не ходят с места на место, не охотятся. У них громадные поселения, где живет уйма народу и все подчинены одному вождю. Эти люди из больших селений так любят своих богов, что приносят им в жертву сотни людей. (По мнению Норденшельда, пересказ рыбаком слов дикарей — еще одно свидетельство его пребывания в Северной Америке: сам он просто не мог бы сочинить историю о городах-государствах майя на полуострове Юкатан, о которых, судя по всему, ему и рассказывали, сидя у костра, его хозяева.)

    Рунный камень, найденный на острове Кингикторсоак за Полярным кругом, свидетельствует о том, насколько далеко к скверу забирались гренландские охотники. Из надписи на камне (точная копия оригинала, датируемая концом апреля неизвестного года в XIV в.) следует, что охотники перезимовали где-то неподалеку в этоу суровой, скованной льдами местности

    Рунный камень, найденный на острове Кингикторсоак за Полярным кругом,
    свидетельствует о том, насколько далеко к скверу забирались гренландские
    охотники. Из надписи на камне (точная копия оригинала, датируемая
    концом апреля неизвестного года в XIV в.) следует, что охотники перезимовали
    где-то неподалеку в этоу суровой, скованной льдами местности

    Так, прожив в плену у дикарей целых семь лет, фрисландец во время очередной схватки за право обладания его персоной сумел сбежать — уплыв на лодке в море в суматохе ночного нападения. Ему удалось добраться до той самой страны Дриго, которую когда-то был послан завоевать. Высадившись на берег, он, как смог, рассказал жителям, что был в плену у дикарей. Утаив то, как именно и почему это случилось, беглец рассказал лишь, что прибыл из очень далекой страны, особенно не вдаваясь в подробности. К нему отнеслись сочувственно, приняли к себе, и он спокойно прожил у них еще три года. Затем к побережью страны, приютившей его после плена, пристали три большие лодки, в членах экипажа которых рыбак узнал жителей Эстотиоланды! Он обрадовался им, как старым знакомым, и сразу же взял на себя роль переводчика. Сообразив всю выгодность своего положения, он стал торговым посредником в делах двух народов. Беря процент с каждой операции, рыбак вскоре так разбогател, что смог построить за свой счет большой корабль и нанять экипаж для дальнего плавания — он решил вернуться домой, на Фареры. Нагрузив судно товарами и выждав попутного ветра, рыбак вышел в море и отправился к родным берегам, благополучно добравшись до Фрисланды.

    Одно из мест предполагаемого проживания викингов в Америке. Башня Ньюпорт в Ньюпорте

    Одно из мест предполагаемого
    проживания викингов в Америке.
    Башня Ньюпорт в Ньюпорте

    ...Еще он рассказал князю Зихмини, что скорее всего европейцы уже давно отправлялись тайком в те земли за океаном. В его бытность на Эстотиоланде тамошний король показывал ему и его товарищам очень древние рукописные книги, спрашивая, что это такое. Они не смогли их прочесть, поскольку и латынь-то знали плохо, а уж древних языков, на которых, видимо, и были написаны книги, не ведали вовсе.

    Планка, которая возможно была частью обшивки лодки викингов. Сосновый нагель все еще держится в отверстии

    Планка, которая возможно была частью обшивки лодки викингов.
    Сосновый нагель все еще держится в отверстии

    Рассказы о заморских землях совершенно распалили воображение князя, вот тогда-то он и приказал Николо Зено сплавать на разведку, которая вполне удалась — вернувшись из похода, пиратский адмирал доложил Зихмини, что земли за морем действительно обширны и мало заселены — адмирал Зено никаких людей там не встретил.
    И вот князь решил плыть в Новый Свет сам. Во главе своей эскадры он поставил адмирала Антонио Зено, главным проводником назначил рыбака, пережившего столько приключений. Но за три дня до того, как корабли должны были сняться с якоря, старый морской бродяга умер. Показывать дорогу взялись те, что пришли с ним из-за моря — они рассчитывали таким образом вернуться на родину.

    Гренландские эскимосы
    Гренландские эскимосы

    Подняв паруса, флотилия устремилась на Запад, по пути делая остановки у различных островов и берегов, описания которых более напоминают модные во времена адмирала Зено мифы. Разделяя их и реальные сведения, Норденшельд пришел к выводу, что жители последней населенной земли, за которой начиналось неизведанное прежде море, оказались враждебными, не дали путникам пополнить запасы пресной воды, от чего тем пришлось пережить неисчислимые бедствия. Но Зихмини повезло в другом: все время дул сильный и ровный восточный ветер, который быстро донес его корабли до земель, лежавших по другую сторону океана. Берег, на который высадились разведчики князя, оказался населенным низкорослыми добродушными аборигенами, жившими в пещерах, вырытых в крутых обрывах побережья. (Норденшельд посчитал, что флотилия достигла, скорее всего, берега Лабрадора, пристав вблизи какой-то эскимосской деревни.)

    Деревянная эскимосская фигурка, изображающая викинга. Создана 600 лет назад. Найдена на севере Гренландии

    Деревянная эскимосская фигурка, изображающая викинга.
    Создана 600 лет назад. Найдена на севере Гренландии

    После трудного и опасного путешествия прекрасный берег так приглянулся Зихмини, что он решил остаться там навсегда, основав свое королевство. Он объявил спутникам, что хочет заложить здесь новую столицу, город Трин, тех же, кто пожелает вернуться, отпускает вместе с адмиралом Зено. Экспедиция разделилась примерно поровну, и решившие отправиться в Европу были в пути уже тем же летом. Без особенных приключений они добрались до Фрисланды на Фарерах, где Зено, исполняя волю Зихмини, объявил островитянам, что их князь перебрался на постоянное местожительство за океан.

    Карта Антонио Зено. XVI в.
    Карта Антонио Зено.

    XVI в.

    После этого Антонио Зено вернулся в Венецию, привезя с собою сокровища, частью доставшиеся в наследство от брата, частью собранные им самим во время службы на Фарерах. Он женился на знатной венецианке, имел много детей и дождался внуков. Антонио дожил до глубокой старости, оставив в наследство своим потомкам, помимо внушительного состояния, сундук, всегда стоявший в его кабинете. В нем было найдено множество рукописей, которые почти сто лет оставались неразобранными, пока за них не взялся правнук мореплавателя, Николо Зено-младший, задавшийся целью восстановить записки своих предков. В 1558 г. история путешествий членов семейства Зено по документам, собранным Николо Зено-младшим, была издана венецианцем Франческо Марколини. Эта книга и попала в руки Норденшельда.
    Для Норденшельда это был исторический документ, лишь один из многих, подтверждавший его теорию о многочисленных, как случайных, так и целенаправленных, контактах европейцев с жителями Нового Света. Рассматривая факты древней истории, шведский ученый-полярник нашел свидетельства не только путешествий европейцев через океан, но и прибытия гостей оттуда — еще во времена, предшествовавшие первому крестовому походу!

    Каменная церковь в Гвалсее
    Каменная церковь в Гвалсее

    Отвечая на вопрос о том, куда же подевалась колония князя Зихмини и где следы его Трина, города, который должен был стать столицей, Норденшельд говорил, что мы располагаем сведениями лишь о намерении фарерцев заложить город и основать колонию. Никому не известно, что там происходило после отплытия Зено. Князь мог внезапно умереть, на колонию могли напасть окрестные племена, да мало ли что еще?! Норденшельд считал, что прибывшие с Фарерских островов пираты не справились с миссией цивилизаторов и одичали сами, смешавшись с местными аборигенами. Они взяли себе в жены эскимосок, и в последующих поколениях их потомки уже мало отличались от других «американцев».

    Во время раскопок на кладбище близ древнейшей христианской церкви Гренландии были обнаружены 144 могилы эпохи викингов. После обращения Гренландии в христианство крупные землевладельцы нередко строили на своей земле церкви. Самая старая из них, в Браттахлиде, называется церковью Тьодхильды, в честь жены Эрика Рыжего

    Во время раскопок на кладбище близ древнейшей христианской церкви Гренландии
    были обнаружены 144 могилы эпохи викингов. После обращения Гренландии
    в христианство крупные землевладельцы нередко строили на своей земле церкви.
    Самая старая из них, в Браттахлиде, называется церковью Тьодхильды,
    в честь жены Эрика Рыжего

    Сведений о контактах европейцев с древними жителями Америки хватало и до опубликования книги Норденшельда, обнаруживались они и позже. Но почему же именно Колумб увенчан лаврами, почему именно он сподобился быть занесенным на скрижали мировой истории как первооткрыватель? Не в последнюю очередь славу Колумбу принесло то, что он стал автором первой в мире международной сенсации в тогдашних «средствах массовой информации». Когда в 1493 г. в Риме было опубликовано письмо командора Христофора Колумба, извещавшее об открытии каких-то неведомых земель, лежавших по ту сторону океана, оно, переписанное во многих копиях и переведенное на многие языки, попало во все европейские страны. Ажиотаж был понятен: в том году в очередной раз ждали конца света, и когда обнаружился целый неизвестный континент, это расценили как знак милости свыше. Многие считали, что экспедицией Колумба были открыты не просто земли, а Земля обетованная, о которой говорилось в Священном Писании. Животрепещущая тема горячо обсуждалась тогдашними европейцами, а имя Колумба поминалось ими бесконечно. Ни у одного из прежних открывателей Америки не было такой мощной «PR-компании» — имя Христофора Колумба стало притчей во языцех! К его чести, надо сказать: Колумб, первым совершив «официальное открытие», широко оповестил об этом общественность, его же предшественники делали вылазки в Новый Свет тайком, за что и поплатились безвестностью.

    Валерий ЯРХО

    TopList