© Данная статья была опубликована в № 48/2002 журнала "История" издательского дома "Первое сентября". Все права принадлежат автору и издателю и охраняются.
  •  Главная страница "Первого сентября"
  •  Главная страница журнала "История"
  •  Сайт "Я иду на урок истории"
  •  Содержание № 48/2002
  • Скажи мне,что ты празднуешь..

    разноцветные дни календаря

    Оксана МИТРОХИНА

    Скажи мне,что ты празднуешь...

    1.
    Еще одна конверсия

    Что за праздники мы отмечаем сегодня?
    Новый год, Рождество, Женский день, День победы, День независимости, День конституции. Добавим в этот список перекрашенные из красных в радостно-полосатенькие День согласия и примирения, а также День весны и труда, — и ни за что не догадаешься, что Москва — бывшая столица того самого СССР. Можно примерить на себя самоощущение небольшой, но добротной демократической страны без потрясений и амбиций, — разве что праздников маловато.
    Собственно, на то и надежда.
    Еще предки современных папуасов понимали, что, дав человеку новое имя, можно изменить его характер и судьбу.
    Древние греки переименовали Черное море — Понт Аксинский (Негостеприимный), в Понт Эвксинский (Гостеприимный, Доброжелательный) — чтобы реже в нем тонули стройные многовесельные корабли с вином и пшеницей, рабами и оливковым маслом.
    Но праздники помнят об обстоятельствах своего рождения.

    2.
    «И как один умрем...»

    ...В солнечный день по центральной улице идет толпа пожилых людей в черных и коричневых потертых одеждах, с флагами цвета артериальной крови, вдохновенно поющих «И как один умрем…» — и отвечающих себе, точно зомби: «Мы жертвою пали в борьбе роковой». На лозунгах — тоже пожелания смерти.
    Это не процессия погребального культа, это Первое мая — День весны и труда образца 1998 г.
    Люди потом остановятся и будут митинговать, требуя лучшей жизни; купят детям шарики и пойдут отмечать — пить, есть, петь, танцевать и веселиться. Для этих людей День международной солидарности трудящихся наполнен смыслом, ради них он и оставлен в календаре; вот они его и отмечают в соответствии со своей идеологией.
    По данным ВЦИОМ, таких отмечальщиков всего 12 %. Для остальных — это просто весенний выходной: потусоваться, выспаться, обработать первобытный огородик, без плодов которого пожилая теща (свекровь, мама) чувствует себя социально незащищенной.

    На самом деле, в этой абсурдной процессии — самая суть празднества, очищенная от наслоений. Аналогия большевистской идеологии с культом смерти проведена уже давно.

     

    Иди и гибни безупрёчно!
    Умрешь недаром, — дело прочно,
    Когда под ним струится кровь.

    Любовь родного режима к человеческим жертвоприношениям — это же высшая форма национализации человека, отказ от последней личной собственности. Этот самоуничтожительный порыв подхватил и романтического, гуманного поэта нашего времени:

     

    Я всё равно паду на той,
    На той единственной гражданской.

    Почему?
    В основании всех советских общественно-политических государственных праздников лежат неприбранные трупы и струится кровь. А в общем, история наша, судя по праздникам, неровно, но шла в сторону линии наименьшей кровожадности.

    3.
    Первые советские праздники

    В 1918 г. диктатура победившего пролетариата установила декретом свои государственные праздники. Их первый комплект так разительно отличается от сегодняшнего, что сравнение вселяет даже некоторый оптимизм: первые советские праздники скорее имеют отношение к смерти, чем к жизни.
    22 января — годовщина Кровавого воскресенья.
    12 марта — годовщина падения самодержавия.
    17 января — День памяти Карла Либкнехта и Розы Люксембург.
    22 декабря — годовщина Московского восстания.
    16 апреля — годовщина приезда Ленина в Петроград.
    7 ноября — годовщина сами знаете какой революции.
    1 мая — годовщина разогнанного в Чикаго в 1886 г. митинга анархистов, требовавших сокращения рабочего дня до восьми часов.
    Совсем никого не убили только 8 марта — это годовщина демонстрации американских социалисток, предъявивших всем свои гражданские права (1909).
    Никогда не бывший праздником (как и 1 мая) в самих США, этот день в России отмечался и до революции — но по старому стилю, 23 февраля. Кстати, в 1917 г. на него как раз пришлось начало революции — Февральской.

    4.
    Ведьмы и тролли, соединяйтесь

    Таким образом, Первое мая — самый древний пролетарский праздник. Он повеселее, скажем, чем 7 ноября, поскольку взгроможден на древнюю традицию.
    Первые майские дни во многих странах мира, не страдающих объединением пролетариев, до сих пор посвящены карнавалам и гуляниям.
    Забавно, что ночь с 30 апреля на 1 мая — это та самая знаменитая Вальпургиева ночь, когда все ведьмы Германии и Скандинавии летят на шабаш. Со средних веков в эту ночь люди жгли костры, чтобы отпугнуть нечистую силу, крестили на ночь детей — чтобы не украли. Но, видимо, не всех уберегли в свое время, если назавтра же проходит пролетарский шабаш.
    На следующий день люди в разных странах украшают Майское дерево цветами и лентами. Вешают на Майский шест сладости и колбасы, за которыми карабкаются местные смельчаки. Выбирают Королеву мая, дарят друг другу ландыши. Можно собирать рассветную росу — она помогает от веснушек.
    Во всем католическом мире месяц май посвящен Мадонне.
    В социалистической Югославии демонстрации только на время сменили гуляния в день пророка Иеремии.

    5.
    Пролетарии — тоже

    В 1889 г. Конгресс Второго интернационала объявил Первое мая Днем солидарности рабочих. Первая российская маевка состоялась в Петербурге уже в 1891 г.
    А в 1895 г. в лесочке между Кусковым, Перовым и Вешняками собрались 300 рабочих — как будто отметить гуляниями традиционный весенний праздник, день святого Еремея-запрягальщика (он же пророк Иеремия). Ничего в этом такого не было — 1 мая гуляет пол-Европы. Но один из них развернул спрятанное под пиджаком красное знамя — и всё переменилось.
    И как один умрем. Речи рабочих печатались в Женеве, тамиздатом, и переправлялись обратно.

    6.
    Символы советских праздников

    Красное знамя издавна было символом военного положения — цвет тревоги, знак кровавого насилия. В июле 1789 г., в день штурма Бастилии, мятежники вывесили красное знамя с надписью «Военное положение объявлено вооруженным народом». Во время Второго лионского восстания (1834) красный флаг стал символом революционной борьбы…
    С той поры красный цвет, чередуясь с черным (цветом Первого лионского мятежа и излюбленной краской анархистов), периодически сопровождал мероприятия любителей отнять и поделить. А 1 мая 1918 г. манифестанты-экспроприаторы уже несли соломенные чучела буржуев-капиталистов, которые затем ритуально сжигались.
    Серп и молот уже в 1917 г. использовались как символ саратовского губисполкома. Масонская звезда в 1918 г. стала нагрудной эмблемой бойцов Красной армии — с молотом и плугом в центре. В том же году серп, молот и красная звезда были признаны как эмблемы страны победившего самого себя пролетариата.
    Но для победы было недостаточно взять мосты, банки, почту и телеграф. Надо было штыком и пряником вводить советские праздники.

    7.
    Воистину соединяетесь!

    Сначала надо было нейтрализовать праздники старые: до 98 нерабочих дней в году, считая все воскресенья.
    Дореволюционная Россия жила по православному календарю. Кроме того, люди крестили детей, венчались и отпевали покойников.
    Борьба велась направленно и успешно — в 1930 г. был даже создан специальный штаб по проведению празднеств. На демонстрациях трудящихся кормили бесплатным супом, и их явка резко возрастала.
    На Пасху назначались дни труда — воскресники, на Рождество — дни индустриализации. Чувашский праздник акатуй стал красным акатуем. Крестины замещались красными крестинами, октябринами, — с назначением красных кумовьев из числа партийных активистов. Умельцы разрабатывали актуальный ритуал красного погребения.
    Коллективизируемые крестьяне попросили в 1929 г. отметить День коллективизации. Но в целом люди были недостаточно сознательны — космомольских свадеб в постные месяцы не играли.
    В 1931 г., после реформы календаря, отменившей на два года счет по месяцам и неделям, венчаний в церквях сразу стало на 30% меньше.
    В 1960—1970-е гг. планомерная выработка советской обрядности продолжилась. За торжественной регистрацией нового советского человека следовали: приемы в октябрята-пионеры и прочие комсомольцы, получение паспорта, первое голосование, проводы в армию, посвящение в рабочие, чествование передовика производства и наставника молодежи, чествование ветерана труда, проводы на пенсию и в конце концов — гражданская панихида.
    В 1983 г. очередной пленум ЦК партии требовал дальнейшего настойчивого введения советской обрядности. С мест рапортовали о введении и распространении праздника русской березки, о разработке моделей одежды для подружки невесты на гражданской свадьбе или для юбилярки на свадьбе золотой…

    8.
    Символы и обряды

    Символика и обряды советского праздника складывались постепенно. Сразу после революции начался поиск форм празднования, которые соответствовали бы духу освобожденного пролетариата.
    Торжественные марши с красными флагами отличались тем, что люди двигались строго вперед, никогда по кругу. Сами манифестирующие тогда понимали, что это они так идут прямо к светлому будущему, к победе коммунизма.
    Многое было взято от помпезно-символических праздников Французской революции, срежиссированных крупным художником того времени Луи Давидом. Арки, жертвенники революции, светильники...
    Левые художники — Герасимов и Таиров, Мейерхольд и Кустодиев, Петров-Водкин и Лентулов, — всерьез взялись за разработку пролетарских праздников, видя в этом или идеологический долг, или возможность реализации своих авангардистских идей.
    7 ноября 1918 г. дорожки на площади перед Большим театром были окрашены в голубой цвет, а над окутанными лиловой кисеей деревьями протянулась в несколько рядов красная бахрома...
    Политические карнавалы, массовые действа, живые конструкции из пионеров, имитирующих призводственные движения, огромные символические фигуры пролетариев и буржуев, Антанты и Чемберлена, композиции вроде «Прикованный Прометей — рабочий класс» или «Буржуй и пролетарский кулак»... Огромные сумрачные манифестации рабочих проходили мимо зеленых и оранжевых кубов, которыми Н.Альтман декорировал Дворцовую площадь в Петербурге.
    Пролетариат вскоре резко невзлюбил авангардистское искусство ( « Не нужны нам ваши шутки, нам предстоят серьезности»).
    Постепенно, к концу 1920-х гг., стали выходить методички и разъяснения о необходимости придания праздникам торжественного и сдержанного характера. Торжественность — признак стабильности. Остановки истории. Маски ряженым следовало снимать по первому требованию администрации.
    Последний крупный маскарад был в 1937 г. в парке Горького: первые призы получили костюмы Конституции, Дрейфующей полярной льдины и Беспосадочного перелета СССР—США.
    В своей канонической форме периода развитого социализма и 1 мая, и 7 ноября копировали правильную структуру большого религиозного празднества — благо все они, от Дня открытия охоты до Пасхи — устроены примерно одинаково.
    Торжества включали и шествие-демонстрацию, и ритуальное очищение в форме рапортов празднику (?), и жертвоприношения досрочно сданными турбинами, вагонами-экскаваторами, кубометрами и прочим ударным трудом — под жалобное мычание передоенных для перевыполнения плана коров. Люди носили портреты мифических предков большевизма, лицезрели руководителей на постаменте с мумией бессмертного посредника между основателями учения и советским народом. Мальчики и девочки приобщались знамени — ходили с бантами и флажками; получали для разговления кулечки и баночки праздничных заказов с более вкусной, чем в будни, едой (еще на 1 мая 1918 г. полагалась праздничная надбавка — 1 сайка и полселедки к пайку I категории — рабочему).
    Остальные заклинали будущее, вызывая духов свершений, перевыполнений и рабочих гарантий, используя для этого совершенно неуместный в нормальной жизни ритуальный язык.
    «Советские учителя! Воспитывайте подрастающее поколение советских людей в духе марксизма-ленинизма!»
    «Пограничники! Крепите оборону рубежей нашей великой Родины!»
    Почему? То, что атеизм является тоталитарным культом, известно давно.
    Это было всего каких-то пятнадцать лет назад.

    9.
    Искупительная жертва

    В первую половину мая на всём Старом континенте, от Японии до Нигерии, — праздники, карнавалы и процессии. В советском варианте за 1 мая следует День Победы.
    Восьмого мая 1945 г. союзниками был установлен праздник окончания Второй мировой войны, а указом СНК СССР — праздник победы в Великой Отечественной войне, — 9 мая. Великая Отечественная война закончилась днем позже Второй мировой (хотя продолжалась до 2 сентября — и реально завершилась на американском линкоре «Миссури» в день японской капитуляции).
    Многие страны отмечают, в той или иной форме, День Победы (8 мая) или день собственного освобождения — 6-го, 5-го и т.д.
    По указу 1947 г. 9 мая снова стало рабочим днем — отдыхать было некогда. Эти годы — рекордные по числу рабочих дней, люди отдыхают только по воскресеньям (52 дня) — и пять дней государственных праздников.
    Однако истинная причина отмены всенародного праздника была глубже. Режиму были нежелательны любые формы объединения людей. Победа всколыхнула народ, и власти встревожились.
    До 1965 г. существовал и действовал негласный запрет на установку памятников погибшим в Великой Отечественной, и партийные организаторы на местах имели инструкции, как отказывать ветеранам.
    Наконец, в 1965 г., 8 марта и 9 мая окончательно стали законными выходными. День Победы постепенно стал оформляться как праздник праздников, — самый настоящий, самый честный; по словам Б.Ельцина — «праздник номер один».
    Когда зашатались гвозди под портретами советских лидеров, в эпоху романтической перестройки, — посредством чтения толстых журналов это мнение сохранилось. Сама великая победа в Отечественной войне до последнего времени казалась единственным неопровержимым успехом в иллюзорном мире социалистических достижений, соответственно, это был неопровержимый праздник — единственный способный объединить и примирить народ в патриотическом созидательном порыве.

     

    …Зато мы выиграли войну.

    По разным причинам советскому режиму стоило ее выдумать — сплачивающая роль Победы и ее празднований того бы стоила. До сих пор этот праздник, как и тему войны, нельзя трогать. Люди живут с сознанием того, что их жизнь выкуплена у смерти жизнями погибших.
    «Я знаю, никакой моей вины в том, что другие не пришли с войны... Но всё же, всё же, всё же...» Народ объединен этим жертвоприношением, чувством вины и признательности. Идея искупительного жертвоприношения создает общность советских людей.
    Война также позволила режиму навести некоторый порядок в отчетности — жертвы репрессий, превышающие потери людей во время войны, почти удалось надолго списать на накладные расходы.
    Девятое мая — это не столько День Победы, сколько день памяти павших. Обряды этого праздника — поминальные. Братство советских людей стоит на братских могилах. Никто не забыт. Война была чудовищно человекоемкой — и ведь это свойство большевистского режима («И как один умрем...»).
    Просто чудо, что с такими гимнами в подсознании некоторые всё-таки остались живы.
    Смерть — великий уравнитель, и в этом смысле трагедия войны была осуществлением не достигнутых в мирном строительстве идей всеобщего равенства. Возвращение уцелевших к реалиям иерархической мирной жизни было не безоблачно, и оставшиеся в живых вспоминают свое близкое общение со смертью как момент истины — с ностальгией по равенству и братству и знанию собственной правоты.
    В поминании жертв ничего предосудительного нет, и этот праздник по-своему гуманен — хоть в этот день почти не были слышны призывы к мести, или экспорту революции, или проклятия на головы капиталистов: даже коммунистов сдерживает высокое напряжение траура и ностальгии.

    10.
    Новый год

    Безыдейный праздник Нового года в первые годы революции не преследовался, но наполнялся новым, революционным содержанием и символикой.
    Год 1918-й был отмечен шествиями по городам и весям с красным флагом и революционными песнями.
    В 1921 г. в Бауманском районе Москвы состоялся показательный суд над стариком 1920-м годом. Его обвиняли в ведении войны, создании заградотрядов, разрушении Сухаревки. Ряженый-старик говорил:
    — Я умираю спокойно, винтовкой я расчистил путь для мирного строительства.
    Рождественскую елку пришлось запретить, и вновь разрешить лишь в 1930-е гг. — только для Нового года.
    День 1 января оставался рабочим до 1947 г., когда заменил в качестве выходного День Победы.
    В период развитого социализма Новый год, взявший на себя функцию Рождества — семейного зимнего торжества, — был единственным совсем-совсем неидеологизированным советским праздником. Правда сейчас, когда в телевизоре можно увидеть поздравления Деда Мороза, становится понятно, что физиономия Генерального секретаря Коммунистической партии Советского Союза была гораздо менее уместна в этом качестве.
    Но в новогоднюю ночь народ добрел и прощал, открывая шампанское при милых традиционных словах дорогие товарищи, — да и возраст поздравляющего вполне допускал такое заместительство.
    Некая несуразица, сопровождающая многие советские праздники, сработала и здесь: народ не отказывал себе в удовольствии доотмечать дату с немыслимым при переводе на другой язык названием — старый Новый год.
    В 1970—1980-е гг. Рождество стало праздником вполне диссидентским. Если разобраться, голодный до застолья народ как будто бессознательно отвергал большевистские реформы. Во всяком случае, не было же старого Восьмого марта или старого Седьмого ноября, — только Новый год, как смутно помнилось человеку нового типа, мог быть и старым — наверное, даже существовал когда-то, независимо от решений партии. Было в этом почтичтопразднике нечто, совершенно немыслимое для 1920-х или 1930-х гг.

    11.
    Восьмое марта

    Что касается 23 февраля и 8 марта, они к расцвету развитого социализма сложились в логичную гендерную пару: сначала поздравляли мужчин, а через несколько дней — женщин. Полной параллели не было. Во-первых, женский праздник был выходным днем, а мужской — рабочим.
    Поначалу было складнее: в первые годы советской власти день 8 марта был Днем работницы. Защитник и Работница, Солдат и Солдатка, пашущая на коровах, были реальными героями тех лет.
    Самый лиричный советский праздник сильно преобразился, а начинался ведь как праздник очень официальный и скучно-идеологический...
    В 1913 г. в Петербурге, в здании Калашниковой биржи, при большом стечении полиции состоялось женское научное утро, с докладами о положении трудящихся женщин…
    В советское время этот праздник начинался как производственный (так что выпивка по месту службы 7 марта вполне законна).
    Лишь году к 1927-му работницы распространили торжество на быт: готовили праздничную еду, убирали дом, надевали праздничную одежду.
    Освобождение женщины и равенство ее с мужчиной были государственно важными факторами и увеличивали число работающих. В тридцатые годы вопрос об эмансипации был решен с завидной оперативностью: просто зарплата была сокращена почти в два раза, и отцу семейства в одиночку стало невозможным это семейство прокормить.
    Вскоре женщины составили 35% занятых на производстве, и под победные фанфары осваивали работу на конвейере, в паровозных депо и на тракторах.
    Только в последнее время как-то сократилось на улицах число дам, кладущих асфальт, — видимо, их постепенно заменяют западногерманскими полуавтоматами.
    Женский день замечателен еще и тем, что это — единственный праздник, сопровождаемый ритуальным переодеванием советского человека, единственный (в до-рязановский период советской истории) юмористический сюжет советского торжества. Один день в году глава семьи надевал фартук (переодевался женщиной) и в компании сыновей неумело готовил еду и убирал квартиру. В идеале он должен был делать это именно неумело — так, чтобы повторение ситуации в остальные дни исключалось.
    Возвращалась хозяйка дома, ахала, ощущая свою нужность и снисхождение к своим мужикам. А мужики с облегчением снимали фартук на год, также ощущая свое превосходство и восторг по поводу того, что не занимаются этой лабудой ежедневно. За тортами и мимозами просвечивает момент Господи-или-кто-там-спасибо-что-не-создал-меня-женщиной, — что применительно к советской женщине, другу человека и передовику производства, абсолютно справедливо.

    12.
    День Конституции

    Что касается Дня Конституции, введенного в 1936 г., то праздник этот оказался бродячим: то 5 декабря, то 7 октября, то 12 декабря, — и в конце концов не стал ничем, кроме дополнительного выходного с небольшой идеологической накачкой. Зато точно такой же праздник есть почти в каждой уважающей себя стране, что вполне приятно.

    13.
    День независимости

    Страна обрела недавно самый главный праздник – День независимости — 12 июня. Бурных приготовлений не видно. Бывшие республики СССР в разные дни справедливо празднуют независимость от СССР и России, не делая между ними особой разницы. От чего независимость у нас — непонятно. Наверное, тоже от СССР — тоталитарного государства (узурпатора), которое было почему-то расположено на том же самом месте (и столицы совпадают), и правопреемником которого стала Россия. Хотя не зависеть от самого себя — не высшее ли это блаженство для философа?
    У этого праздника нет обрядности, и пока что народ не признает за ним особого смысла. В дальнейшем, может появится специальная литература, например, о том, что едят на День независимости.
    Ритуальных расстрелов дракона социализма (по аналогии с хэппенингами 1920-х гг.), увы, не будет — наши новые боги скорее корыстолюбивы, чем кровожадны. К тому же убивать дракона надо в самом себе, а еще великий Шварц заметил, что занятие это трудное и одиночное.
    По совершенно непонятной рациональному уму причине большинство дней независимости в остальном мире приходится на июль или на январь.
    А на постсоветском пространстве такие независимые дни отмечают в августе и сентябре.

    14.
    Перекрашивая знамена

    Российские власти увеличили число праздников и попытались перекрасить красные страницы календаря.
    Иногда стоит заменить кровь клюквенным соком — даже в Москве почему-то проводится парад в честь Святого Пaтрика, покровителя ирландцев.
    Но, наверное, надо еще много лет водить смертельно обиженных коммунистов за нос по пустынным развалинам СССР (с воздушными шариками, мороженым и пивом), чтобы люди совсем перестали привычно славить смерть, хаос и уничтожение, год за годом отмечая буржуазно-добропорядочные дни того и сего, проживая — год за годом — по новому культурному коду. Они, глядишь, забудут социалистическое родство; будут пить пиво на аккуратных стриженых газонах близ собственных домов.
    Потому что они совсем не заслужили света.
    Может быть, стоит попробовать заслужить покой?

    TopList