© Данная статья была опубликована в № 22/2002 журнала "История" издательского дома "Первое сентября". Все права принадлежат автору и издателю и охраняются.
  •  Главная страница "Первого сентября"
  •  Главная страница журнала "История"
  •  Сайт "Я иду на урок истории"
  •  Содержание № 22/2002
  • Российско-молдавские отношения с древнейших време

    материалы к обзорным урокам

    Ольга СОРОКИНА

    Российско-молдавские отношения с древнейших времен

    Историография

    В результате русско-турецкой войны 1806—1812 гг. земли между Прутом и Днестром, между предгорьем Карпат и Черным морем были присоединены к России. Эта территория, состоявшая из трех частей (бывшие уезды Молдавского княжества, турецкие райи и Буджак) и населенная 340 тысячами человек, в 1813 г. составила Бессарабскую область с единой административной системой. Область на автономных началах включалась в состав Российской империи.
    Факт присоединения к нашей стране Бессарабии, как, впрочем, и других национальных районов, имел огромное значение для судеб самого молдавского народа и империи в целом.
    На разных этапах развития исторической науки, а также взаимоотношений между народами это событие оценивалось по-разному. Дело здесь не только в конъюнктуре, но и в особенностях самосознания народа, которое постоянно изменяется.
    Русский историк-молдавовед А.Накко писал: «В единении с Россией Бессарабия обрела спокойствие и мир, которого она не знала двадцать столетий; вместо свирепых и диких людей, топтавших ее классическую почву, мы видим теперь единое, образованное и развитое общество граждан; вместо произвола и беззакония, царствовавших в этой стране, мы наслаждаемся самыми гуманными политическими и гражданскими правами; вместо бедности и нищеты — встречаем повсюду довольствие и роскошь; пустынные степи обращены в плодородные нивы; наше юношество воспитывается в многочисленных школах края» (цит. по: Гросул Я.С. Труды по истории Молдавии. Кишинев, 1982. С. 26).
    Аналогичные оценки факту присоединения края давали и историки советского периода. Авторы «Истории государства и права СССР» отмечали, что присоединение Молдавии к России «спасло страну от многовекового гнета отсталой Турции и обусловило быстрый подъем края». И далее: «Несмотря на колониальный режим царизма, молдавский народ воспринял влияние передовой русской куль туры и включился в общественное движение» (История государства и права СССР / Под ред. О.И. Чистякова, И.Д.Мартысевича. М., 1985. Ч. 1. С. 130).
    Многие историки, впрочем (например, А.Защук, Л.Кассо), осуждали наиболее грубые формы колониальной политики царизма, но и они сам факт присоединения Бессарабии к России оценивали положительно.
    В 1918 г., когда Румыния присоединила к себе Бессарабию, возобладала другая точка зрения, сопряженная с умалением достижений в развитии края после присоединения к России.
    Переоценка истории русско-молдавских отношений в основном свелась к следующему.
    Выделялись два периода в истории русско-молдавских отношений. Первый длился в течение четырех веков, до Петра I включительно. После Петра началась новая эра в русской внешней политике, Россия стала на путь агрессии, а дружественные молдавско-русские связи почти прекратились (М.Корне, А.Горжиу).
    Л.Тиллет в книге «Советские историки о нерусских народах» рассматривает этапы русско-молдавских связей от ХIV до ХIХ в., но не видит вообще никаких дружественных отношений. Некоторые современные турецкие историки идут еще дальше и выступают в защиту завоевательной политики турецких султанов, отстаивают тезис о положительных последствиях османского владычества в Европе.
    Вновь на повестку дня вопрос о значении присоединения Бессарабии к России был поставлен в связи с процессом образования нового суверенного государства — Молдовы, хотя это мало что изменило в концептуальных подходах к изучению проблемы.
    Пока молдавские и румынские ученые искали этнические корни молдавского народа и обосновывали влияние римлян и России на процесс становления молдавской государственности, как-то исподволь проявился традиционный подход к оценке исторической роли малых народов в период формирования национальных государств.
    Этот подход сводится к следующему: в переходные периоды перед малыми народами, находящимися на стратегических перекрестках, всегда стояла дилемма: или быть порабощенными тем или иным государством, или же принять вассальную зависимость от чужеземных правителей. Стремление европейских держав решать свои проблемы, пренебрегая интересами малых стран и ослабевших империй (к числу которых в позапрошлом столетии принадлежала и Порта), предопределило судьбу Молдавии.
    В пользу союза с Россией говорила общность религии и длительное сотрудничество в борьбе с турками. Оценивать этот процесс можно по-разному, но факт остается фактом. Судьба молдавского народа была поэтому предопределена. И как бы сегодня ни пытались доказать обратное, русско-молдавские отношения имели богатую и длительную историю, которая свидетельствует, что эти связи носили неизменно дружеский характер. Возникавшие иногда конфликты были кратковременными и в основном провоцировались силами враждебными как молдавскому, так и русскому народам.

    В советской исторической литературе выделяются несколько этапов русско-молдавских отношений до начала ХIХ в.
    Начальный период — предысторию связей, когда ни молдавский, ни русский народы еще не сформировались как этносы. Тогда еще шел процесс формирования волохов — ближайших предков молдавского народа, а из восточной ветви славян еще не выделились русские, украинцы, белорусы. Этот период охватывает примерно VI—XIII (или XIV) столетия. Существует немало источников, свидетельствующих о тесных контактах славянских и романских народов.
    Хронологические рамки второго периода — с середины XIV до середины ХVI в. К этому времени не только сформировались русская и молдавская народности, но и сложилось Молдавское государство. На этом этапе преобладали политические связи, но развивались и социально-экономические взаимоотношения.
    Третий период (вторая половина ХVI — начало ХIХ в.) — время пребывания Молдавии в составе Турции. Для этих веков характерны не только разнообразные молдавско-русские связи, но и поддержка, которую Молдавия получала из Москвы и Петербурга в своей борьбе с иноземными угнетателями.
    На каждом из этих этапов возникали новые традиции, послужившие основой для последующего развития взаимоотношений.
    Новый период в истории Молдавии начинается после 1812 г., когда часть Молдавского княжества была освобождена от многовекового турецкого ига и включена в состав России. В это время отмечается усиление разнообразных связей молдаван с русским народом.
    История русско-молдавских взаимоотношений отражена в разнообразных источниках. О древних связях свидетельствуют памятники материальной культуры, язык народа, его фольклор, топонимика. Сведения об отношениях народов имеются в молдавских и русских летописях.
    В историографии перечисленные этапы и характер контактов описывались и оценивались по-разному. Иногда основное внимание уделялось политическим связям государств.
    Немало написано о роли молдаван в русско-турецких войнах. Богатый материал, позволяющий проанализировать вопрос о содействии жителей Бессарабии русской армии во время Прутского похода в 1711 г., содержат труды А.Кочубинского «Сношения России при Петре I с южными славянами и румынами» (М., 1872), А.Мышлевского «Война с Турцией 1711 г.» (СПб., 1818. Вып. ХII). В этих работах собран богатый фактологический материал, который востребован историками и в наши дни.
    Молдавско-русские связи рассматриваются и в церковных книгах. Единоверие России и Молдавии способствовало оживленному обмену книгами и предметами церковного обихода. Многие относящиеся к нашей теме факты содержатся в следующих книгах: Голубинский Е. Краткий очерк истории православной Церкви: болгарской, сербской и румынской. М., 1871; Коптеров Н.В. Характер отношений России к православному Востоку в XVI—XVII вв. М., 1885; Арсентий, епископ Псковский. Исследование к монографии по истории молдавской Церкви. СПб, 1904; Чебан С.Н. Досифей, митрополит Сочавский, и его книжная деятельность. Киев, 1915.
    Молдавско-украинскими связями в XIХ в. занимался историк Молдавии и Валахии Б.П.Хашдеу. В его книге «Ион-воевода Лютый» (Кишинев, 1959) большое место отведено взаимоотношениям соседствующих этносов.

    После образования Румынского государства (1859) в трудах многих историков, подданных этой монархии, стали преобладать антиславянские настроения. В среде националистически настроенной интеллигенции стало модным подчеркивать принадлежность Румынии к западному — романскому — миру и всячески приуменьшать роль славянских элементов в румынском языке, культуре и быту.
    Тем не менее в Румынии продолжали появляться и работы, объективно оценивавшие роль славян и России в истории Дунайских княжеств.
    В ХХ в., до революции 1917 г. в России, в румынской историографии эта проблема рассматривалась редко. Исключение — монография профессора К.Калмуского.
    После большевистского переворота в румынской историографии усиливаются антирусские мотивы, которые слились с антисоветизмом. Показателен в этой связи труд румынского историка первой половины ХХ в. Н.Йорги.
    Авторы многих книг пытались историческими доводами оправдать оккупацию Бессарабии.

    Изучение молдавско-русских отношений в рамках так называемой марксистской методологии началось после 1917 г. и велось преимущественно в восточной (контролировавшейся Москвой) части Молдавии, где историков было очень мало. Основные культурные центры и архивы тоже были сосредоточены в румынской части Бессарабии.
    Первые советские публикации, в которых освещались вопросы молдавско-русских отношений, принадлежат И.Д.Чебану и в.М.Сенкевичу (Чебану И.Д. О взаимоотношениях Молдавии с Московским государством в ХV—XVIII вв. / Вопросы истории. 1945. № 2; Сенкевич в.М. Исторические связи молдавского народа с великим русским народом. Кишинев, 1947; Он же. О влиянии древнерусского населения на социально-экономическое развитие Молдавии ХIV—XV вв. // Ученые записки Кишиневского государственного университета. Т. ХVI. Кишинев, 1966).
    В этом контексте стоит упомянуть также работы: Феодальные отношения в Молдавии. Кишинев, 1950; История Молдавии. Т. 1—2. Кишинев, 1951; Исторические связи народов СССР и Румынии в XV — начале ХVIII в. Документы и материалы. Т. 1. М., 1965; Т. 2. М., 1968; Т. 3. М., 1970.
    К исследованиям советских ученых, изучавших молдавско-русские связи, примыкают работы официозных румынских историков. Особо следует выделить труды академика Константинеску-Яшь. Интересные факты содержатся в работах Г.Бевиконного, Т.Ионеску-Нишкова, А.Константинеску.
    Важными вехами в изучении проблемы стали две научные советско-румынские сессии конца 1950-х гг.: в Бухаресте и в Кишиневе.
    В 1960-х гг., с установлением авторитарного режима Чаушеску, объем исследований молдавско-русских отношений сократился; появлялись лишь работы, в которых приуменьшались последствия русско-турецких войн и явно недооценивалась роль России в судьбе Дунайских княжеств.

    Новый период в историографии молдавско-русских отношений начинается с 1990-х гг. Правда, этот период характеризуется не столько поисками новых подходов к изучению истории Молдавии, сколько попыткой рассматривать эту историю в контексте румынской. Так, в работах таких ученых, как П.Параска, М.Кику и И.Киртоагэ история Валахии, Трансильвании и Молдовы рассматривается в рамках развития единой румынской общности; при этом взаимоотношения княжеств с Россией рассматриваются как сугубо политические, как союз в борьбе против общего врага (см.: Параска П. Образование румынских княжеств // Политика /Кишинев/. 1991. № 1. С. 58—64; Киртоагэ И. Борьба румынских княжеств против османской экспансии // Политика /Кишинев/. 1991. № 2. С. 48—55); Киртоагэ И., Кику М. Борьба румынских княжеств за свержение османского ига // Там же. 1991. № 4. С. 55—60; см. также: История румын: Учебное пособие для V класса школ с русским языком обучения / Пер. с румынского в.Чубукчиу. Кишинев, 1992).
    Сегодня, в условиях становления нового государства — Молдовы, ее история ждет своих исследователей, которые смогут осмыслить тот путь, который прошли два государства, и дать объективную оценку сложившимся молдавско-русским отношениям.

    Славяне в Молдавии.
    Взаимоотношения этносов и государств
    (ранний этап)

    По сообщениям византийских историков (Прокопий, Иордан и другие), уже с середины VI в. Днестровско-Карпатские земли оказываются в глубоком тылу славянских племен, продвигавшихся в глубь Балканского полуострова начиная с середины I тысячелетия н.э.
    Часть славян оседает на Днестровско-Карпатской территории, которая в V в., судя по письменным и археологическим источникам, была заселена довольно плотно. Освоение проходило в два этапа. Первый начался в VI в. и длился до конца VII в.
    На конец VII и VIII в. приходится вторая волна заселения славянами этих земель. В VIII — первой половине IХ в. славянское население Днестровско-Карпатских земель пополняется выходцами из Побужья и Поднестровья. Формируются восточнославянские племена.
    В VI—VIII вв. отмечаются и первые контакты романизированного населения со славянами. Наиболее интенсивными они были в Карпатских горах и в Восточной части Балкан. Места проживания романизированных этносов оказались в окружении славян.
    К VIII в. на Внутрикарпатском плато появились совместные поселения романизированных и славянских народов. Совместное проживание, как и постоянные хозяйственные, культурные связи, способствовало расширению контактов и формированию к IХ в. новой восточно-романской этнокультурной общности — волохов.
    Правда, в оценке влияния древнеславянских народов на этот процесс современные молдавские ученые расходятся. Так, И.Хынку считает, что славяне были ассимилированы местными жителями; в языке ороманившихся пришельцев, впрочем, сохранилось более 20% славянских слов. Христианство же принесли предкам молдаван не славяне, а дако-римляне.
    По мнению других ученых, авторов «Истории Молдавской ССР» (Т. 1. Кишинев, 1987), романо-славянские хозяйственные и культурные контакты сопровождались семейно-брачными связями. Славяне повлияли и на складывание общественных институтов у волохов. Целый ряд терминов, связанных с большой патриархальной семьей, в языке восточных романцев древнеславянского происхождения: рудэ (родич), рудение (родство), спица (поколение) и др.
    Подтверждают эту теорию археологические находки. Так, на территории Молдавии выявлены славянские памятники, относящиеся к разным хронологическим периодам:
    1) раннеславянские памятники (VI—IХ вв.);
    2) памятники Балкано-Дунайской культуры на юге региона;
    3) памятники древнерусских славян IX—XII вв. в северной и центральной части Пруто-Днестровского междуречья.
    Кроме этого было обнаружено более 300 поселений славян. Из них свыше 40 относятся к VI—VII вв. и более 90 — к VIII—IX вв.
    Таким образом, установлено, что славяне расселялись в Днестровско-Дунайских землях с VI в., а в VIII—XI вв. они занимали здесь господствующее положение.
    Возможно, вначале здесь проживали ранние славяне (протославяне: анты, венеды и др.). После похода аваров (обров), в IХ—ХII вв., в Молдавии и на севере Трансильвании проживали восточные славяне, а в остальной части Трансильвании, в Валахии и на юге Пруто-Днестровского междуречья — южные славяне.

    олее длительным было влияние на предков молдаван Дневнерусского государства. В IХ—ХIII вв. на территории Днестровско-Прутского междуречья и по реке Южный Буг проживали восточнославянские племена тиверцев и уличей, которых древнерусская летопись включает в число двенадцати племен, населявших Древнерусское государство. Возможно, что упомянутое междуречье, по крайней мере его северная и центральная части, в IХ—ХIII вв. временами входило в состав Древнерусского государства.
    Включение Днестровско-Карпатских земель в состав Киевской Руси ускорило процесс складывания средневекового общества. Немаловажную роль в утверждении новых порядков сыграло официальное принятие христианства (988). Правда, нападения кочевников на Древнюю Русь в IХ—ХII вв., падение под их ударами ряда крепостей подорвали позиции великокняжеской администрации на низовых землях Днестровско-Карпатского региона.
    В ХII в. свое влияние на Карпатские земли распространяет Галицкое княжество. Воздействие славянского элемента на жизнь населения не уменьшается. Славянский баланс поддерживался и за счет притока беженцев из Галицкой Руси.
    О тесном общении древних славян и предков молдаван говорят некоторые названия языческих богов. Так, злых водяных фей у славян называли русалками, у молдаван — русами; богиня любви, женитьбы у славян — Лада, Лель, у молдаван — Ладо, Леле; бог зимнего солнцестояния у славян — Коляда, у молдаван — Колинда и т.д.
    О давнем и тесном общении предков молдаван и славян свидетельствуют устное народное творчество и обряды народов. Традиционные молдавские песни содержат много славянских элементов. Некоторые характерные слова, встречающиеся почти в каждой песне о любви, славянского происхождения.
    Наиболее древние молдавские фольклорные произведения, в которых действуют звери и птицы, также содержат славянские заимствования. Многие герои молдавских сказок носят двойные славяно-романские имена.
    О том, что элементы древнерусской культуры были усвоены жителями Днестровско-Карпатских земель, свидетельствуют и археологические памятники. Местные мастера применяли в строительстве
    и в других ремеслах традиционные древнерусские технические приемы. Полуземлянки с печами-каменками, наземные жилища, глиняная посуда и другие предметы быта мало отличались от распространенных в землях Древней Руси.
    То же самое можно сказать и об обрядах, о путях внедрения христианства и связанной с ним письменности.
    Совместное проживание в рамках единого экономического региона способствовало культурному взаимообогащению этносов.

    Взаимная ассимиляция волохов и славян продолжалась веками. За это время из двух контактирующих этносов образовался единый — с общим экономическим укладом, общими обрядами и единым языком. Примерно к XI в. возникла новая общность — волохи, которая является ближайшими предками ряда этносов, в том числе молдаван.
    Анализируя все исходные данные, ученые пришли к выводу, что из племен, которые в III—XIII вв. побывали в нижнем Подунавье, наибольшее влияние на формирование молдавского народа оказали славяне. Встреча с ними ознаменовала начало еще одного важного этапа в истории становления молдавского и валашского этносов.
    На этой позиции стоят и некоторые румынские историки. В частности, археолог К.Дайкович сделал вывод, что славяне пришли в Карпатский район, когда старые римские поселения были покинуты и забылись даже их названия. Славяне давали древним городам и селам новые имена.
    Поэтому так богата в этом регионе славянская топонимика. Город Кишинев стоит на реке со славянским названием Бык, вблизи города Яссы протекает река Жижия. Через Бухарест протекает река Дымбовица (от старославянского слова дымб — дуб), а рядом — река Яломица (от славянского слова яловица). На территории Западной Молдавии наиболее крупные реки носят славянские названия — Быстрица, Путна, Рымник (от рыбник), Черно и т.д.
    По подсчетам специалистов, реки и ручьи на территории Бессарабии и Буковины по происхождению названий делятся на следующие группы: романских — 112, славянских — 72, венгерских — 20, тюркских — 18. Из 1860 сел Молдавии 57% носят имена романского происхождения, 29% — славянского, главным образом украинского. (Многие приведенные здесь и далее цифровые данные почерпнуты из книг: Мохов Н.А. Молдавия эпохи феодализма. Кишинев, 1964; Он же. Очерки истории формирования молдавского народа. Кишинев, 1978; Он же. Дружба ковалась веками. Кишинев, 1980. С. 21.)
    Из исследований Э.Петровича следует, что славяне начали расселяться в регионе с VI в., когда еще не было существенных различий между языками восточных и южных славян (оно появилось на два-три века позже), поэтому можно утверждать, что славянская топонимика на территории Валахии, Трансильвании и Молдавии появилась не ранее VIII—IХ вв., когда уже ясно обозначились различия между южно- и восточнославянским языками.
    Анализ топонимики дает возможность установить, какие именно группы славян некогда проживали в Молдавии, Валахии, Трансильвании. Бесспорным становится, что многие названия даны восточными славянами. При нанесении данных на карту оказалось, что такие названия распространяются по всей территории Молдавии и Северной Трансильвании.
    Наконец, анализ топонимики позволяет сделать вывод и о политическом положении этих земель. Представляется, что славяне могли дать имена рекам, селам и городам только в том случае, если они занимали господствующее (в политическом отношении) положение в этих землях.

    Сведения о славянах в Днестровско-Карпатском регионе дополняются в результате изучения истории молдавского языка. (Мы оставляем в стороне несколько схоластический — и во многом политико-идеологический — спор о том, следует ли рассматривать молдавский как самостоятельный язык или как диалект румынского; здесь и далее я буду пользоваться термином молдавский язык.) Языковедами установлено, что молдавский и валашский языки отличаются от всех других романских языков, так как они испытали на себе очень большое славянское влияние, особенно в области лексики.
    Значительная часть молдавского словаря состоит из слов славянского происхождения. Словарный состав молдавского языка, славянская топонимика и другие данные свидетельствуют, что среди предков молдавского этноса значительное место занимали славяне.
    Славянские слова в речи молдаван — не просто результат заимствования. Молдавский образовался путем слияния славянского и романского языков на основе романского грамматического строя.
    Характерной чертой восточнороманских языков является наличие в их составе значительного славянского пласта слов (в основном фонде — более 20%). В отдельных группах слов их удельный вес еще больше. Например, изучение слов в молдавских говорах показало, что из 710 слов, связанных с земледелием, терминов латинского происхождения лишь 5,4%; слова, возникшие в среде молдавского населения, составляют 53,3%; слова славянского происхождения — 30,3% (в том числе южнославянского происхождения — 5%).
    Латинские и древнеславянские слова относятся главным образом к земледельческим понятиям. Славянские корни просматриваются в названиях орудий труда, способов обработки земли: плуг (плуг), бороанэ (борона), коасэ (коса), сноп (сноп), стог (стог). Из этого можно сделать вывод о том, что земледелие было известно и романским предкам молдавского народа, но предки славянские знали земледелие в более развитом виде и привнесли в язык много терминов, связанных с пашенной обработкой почвы.
    Показательны выводы, полученные филологом В.Н.Стати, изучавшим терминологию, связанную с производством тканей. В говорах молдавского языка употребляется около 200 соответствующих терминов. Из них слов латинского происхождения — 12,5%, восточнославянского — 39%, южнославянского — 23%.
    Эти данные — убедительное доказательство контактов молдаван с различными группами славян.

    Формирование военно-политического союза России и Дунайских княжеств

    Военно-политические и дипломатические связи Молдавского княжества с Русским государством в своем развитии прошли несколько этапов.
    В периодизации и ее обосновании исследователи расходятся.
    Л.Тиллет в работе, опубликованной в сборнике «Вековая дружба. Советские историки о нерусских народах» (Материалы научной сессии Института истории Молдавского филиала АН СССР. 27—29 ноября 1958 г. Кишинев, 1961), рассматривает все этапы русско-молдавских связей от XIV до ХIХ в. и приходит к выводу, что основное их содержание определялось агрессивной политикой России. Он отрицает наличие боевого сотрудничества молдаван и казаков в национально-освободительной борьбе против турецко-татарской агрессии, считает не заслуживающими внимания факты участия молдавских добровольцев в русско-турецких войнах.
    М.Корне и А.Горжиу в книге «Аспекты русско-румынских отношений» выделяют два периода в истории русско-молдавских отношений. Первый период длится в течение четырех веков, до Петра Великого включительно, потом начинается новая эпоха в русской внешней политике: империя стала на путь агрессии, что повлияло на молдавско-русские связи.
    В монографии советских историков «Очерки внешнеполитической истории Молдавского княжества (последняя треть ХIV — начало ХIХ в.)» выделяются следующие этапы военно-политического сотрудничества между этими государствами. Дальнейшее повествование построено с учетом материалов, собранных в этой книге.

    Первый этап — формирование военно-политического союза между Молдавским и Русским государствами. Он возникает на основе общих внешнеполитических интересов и направлен против Польши и Литвы. До этого Молдавия много лет вела борьбу с агрессией Османской империи, а московское правительство — с татарами, его не интересовали отношения с Турцией вплоть до 1476 г.
    Русское правительство из религиозных и военно-стратегических соображений сочувствовало Молдавии в ее борьбе с агрессией турецких султанов, но помощь могло оказать только политическую, экономическую и моральную. После того как в конце ХV в. изменилась международная обстановка, у обоих государств определились общие политические интересы. Этому способствовали успехи Русского государства, особенно победа русской рати в 1380 г. на Куликовском поле. Эта борьба ослабила силу Орды и значительно укрепила положение не только Русского государства, но и Молдавии, устранив для нее опасность возобновления татарских набегов.
    К этому же периоду относятся и первые упоминания о поездках из Москвы в Молдавию. В 1386 г. в Молдавии побывал Василий, сын Дмитрия Донского, бежавший из татарского плена через Молдавию в Москву. Через Молдавию проходили пути паломничества монахов, следовавших в Палестину.
    На формирование союза оказали воздействие также факторы внутреннего развития каждого из двух государств, а также их взаимоотношения с соседями. Так, на позицию Молдавского княжества влияло то, что еще с середины ХIV в. Польское и Венгерское королевства стремились распространить свою власть на Восточное Прикарпатье. Для выполнения основных внутренних и внешних функций молодое Молдавское государство располагало весьма ограниченным контингентом военных сил и довольно узкой социальной базой, поэтому во внешней политике был нужен союзник.
    Ко всему прочему в этот период перед Молдавским княжеством стояли задачи не только обороны своей первоначальной территории, но и обеспечения процесса развития вширь, в Днестровско-Карпатские земли. Однако реализация такой политики приходила в столкновение с интересами Венгерского и Польского королевств; с середины ХIV в. к этим государствам присоединяется Великое княжество Литовское.
    Сохранялась и угроза со стороны Золотой орды, до 1470-х гг. владевшей юго-восточной частью Днестровско-Карпатских земель. А с конца первой четверти ХV в. во внешней политике Молдавии появляется османский фактор.
    В 1420 г., посадив на валашский престол своего ставленника, султан организовал нападение на Килию, осадил Белгород. Отбив штурм Белгорода, господарь Молдавии уступил Килию ставленнику османов в Валахии Дану II.
    Хотя молдавские господари вели осторожную политику, старательно уклоняясь от конфликтов, военная конфронтация с турками нарастала; она усилилась в годы правления Стефана III Великого (1457—1504). Своей главной задачей он считал предотвращение вмешательства соседних стран во внутренние дела княжества. Для решения этой задачи требовалось установить контроль над важнейшими путями черноморской и дунайской торговли, а также вести борьбу за Валахию, где усилилось османское влияние.

    Новым положительным фактором, повлиявшим на внешнюю политику Молдавии в конце XV в., становится появление на европейской сцене Московского государства. Важным вопросом, затрагивавшим интересы обеих стран, был вопрос о Польше и Литве, так как политика этих соседей угрожала Молдавии, а Россия стремилась отвоевать юго-западные земли.
    Таким образом, военно-политический союз Молдавского и Русского государств возник на основе общих внешнеполитических интересов, в противостоянии общим врагам. В сложной дипломатической борьбе, которую вела Москва в конце XV в., определенное место отводилось и Молдавии.
    Внешним проявлением дружественных отношений между двумя государствами в XV в. стали династические связи. Второй женой молдавского господаря Стефана III была Евдокия, дочь киевского князя Семена Олельковича, семья которого родственными узами была связана с московскими правителями. В 1481—1482 гг. велись переговоры о браке наследника московского великокняжеского престола Ивана (сын Ивана III) и Елены, прозванной на Москве Волошанкой. Брак был оформлен в январе 1483 г.
    Установлению и поддержанию династических связей между Молдавией и Россией содействовала и единая религия. Эти связи не имели самостоятельного значения, но облегчали установление политических отношений.
    Оформление молдавско-русского политического союза происходило постепенно.
    Сохранился ряд грамот Стефана III, где он просил Ивана III о помощи. Так, в 1486 г. Стефан обратился к московскому великому князю с просьбой ходатайствовать перед Казимиром IV об оказании военной помощи княжеству в борьбе против султана. Иван Великий сам помочь не сумел, но добился от польского короля обещания оказывать Стефану поддержку в защите «от всякого его неприятеля».
    После 1486 г. начинается частый обмен посольствами между Молдавией и Москвой. Даже тогда, когда Сигизмунд отказывался пропустить молдавских послов в Россию через свои владения, связи не прерывались. Вместо пути через Краков ехали через владения союзника — крымского хана, хотя эта дорога была длинной и небезопасной.
    Молдавия занимала важное стратегическое положение, находясь на южных границах Польши и Литвы. Это определило роль молдавских господарей в качестве посредников в конфликтах между Москвой и Литвой. Важен был этот союз и для Молдавии. В этой обстановке заключение договора Стефана III с Крымским ханством при посредничестве Москвы (1492) избавляло княжество от постоянных разорительных набегов татар и укрепляло его положение в случае конфликта с Казимиром.
    Действенность молдавско-русского союза особенно ярко проявилась в 1497 г., во время нападения польской королевской армии на Молдавию. Тогда половина польско-литовской армии благодаря вмешательству московского князя Ивана III так и не вступила в Молдавию. В 1498 г. Иван вновь вмешался в конфликт и в ультимативной форме потребовал от великого князя Литвы отказаться от похода на Молдавию.
    Единство политических целей сближало Молдавию и Московское государство и в годы правления Василия III. Начинается очередной раунд переговоров между Сучавой и Москвой. Состоялся обмен посольствами.
    Связи не прерываются и тогда, когда господарь Молдавии становится вассалом Порты. Обмен посольствами продолжался. В 1534 г. в княжество прибыло первое посольство от имени нового великого московского князя Ивана IV.

    Развитие русско-молдавских связей в XVI—XVII столетиях

    Второй этап молдавско-русских отношений характеризуется изменением ситуации в самой Молдавии. Изменения наметились еще в начале XVI в.
    Во время правления Петра Рареша (1527—1538, 1541—1546), первого из молдавских господарей, который строил планы прекращения даннических отношений с Турецией с помощью Русского государства, связи с Москвой становятся более прочными.
    Летописные источники отмечали, что молдавский господарь неоднократно (1533, 1536, 1537, 1544) обращался к великому князю московскому с просьбой о защите от польского короля и литовского великого князя. Во время мирных русско-польских переговоров 1536 и 1537 гг. русские послы настаивали на одновременном заключении договора с Молдавией.
    В 1529 г. был заключен молдавско-русский союзный договор. В 1530 г. с согласия султана к русско-молдавскому союзу присоединилось Крымское ханство (ненадолго).
    Молдавско-русский военно-политический союз конца 1520—1530-х гг. сыграл важную роль во внешней политике Молдавского княжества. Именно благодаря ему юго-восточные границы Молдавии на время были обезопашены от татарских набегов, а северные — от походов поляков. Этот союз предоставил тогда возможность Петру Рарешу сосредоточить внимание на подготовке войны с Турцией.
    Важную роль в дальнейшем развитии молдавско-русских отношений сыграло установление новых родственных связей Петра Рареша с Рюриковичами. Это позволило укрепить военно-политический союз Молдавии с Россией.

    В XVI в. в истории Молдавии начинается тяжелый период, связанный с захватом страны турецкими войсками. Молдавия теперь не только платила дань, но и была вынуждена выполнять ряд новых обязательств перед Портой, прежде всего военных. Это свидетельствовало о перерастании даннических отношений в вассальную зависимость от Османской империи.
    Ухудшение международной обстановки вокруг Молдавии произошло, когда на ее территорию вторглось 200-тысячное войско султана. Одновременно восточные границы страны атаковали татары, а с севера наступали польские войска.
    Захват османами Молдавии в 1538 г. стал переломным событием в истории княжества. Господство турок длилось около трех столетий. Важнейшей политической задачей Молдавии стало освобождение от зависимости.
    Борьба шла по двум линиям. Во-первых, некоторые (очень немногие) господари пытались избавиться от турецкого гнета с помощью соседних государств, в первую очередь Русского царства. Во-вторых, борьбу против османских поработителей вел народ, что осложняло и без того неспокойную обстановку в стране.
    В этот сложный для Молдавии период Россия стремилась оказать ей финансовую и дипломатическую поддержку. Помощь из Москвы становится постоянным и важным фактором молдавско-русских политических отношений.
    В 1542 и 1543 гг. молдавские посольства приезжали в Москву с просьбой, чтобы Иван IV «дал поможение откупитися от турецкого султана». Эти же задачи решали посланцы господаря в 1544—1545 гг.
    В апреле 1562 г. через литовские земли в Москву был отправлен сербский дьякон Дмитрий. В русской столице ему передали подарки для господаря и разрешили купить товары для выплаты дани османам. Материальная помощь, оказанная Россией, облегчила экономическое положение Молдавии.
    При Иване IV возобновляются династические связи с молдавскими господарями (Ионы Водой Лютый был женат на Марии, дочери ростовского князя).
    Но после 1538 г. характер внешней политики Молдавского княжества меняется. Она всё более зависит от Османской империи. В таких условиях лишь Русское государство продолжало оказывать помощь Молдавии.
    К этому же периоду относится начало массовой эмиграции за пределы Молдавии, в первую очередь в Россию.

    XVII век ознаменовался новыми успехами в укреплении политических связей Молдавии с Россией. Валашский господарь Александр Кокон направил своих послов к новому русскому царю — Михаилу Федоровичу Романову.
    Дальнейшее оживление молдавско-русских отношений наметилось в годы обострения русско-турецких противоречий из-за Азова. В период этого конфликта молдавский господарь Василий Лупу систематически информировал русского царя о положении в Османской империи, что имело для Москвы большую ценность.
    Весьма полезным для обеих стран стало пребывание в Молдавии русского дипломата А.Л.Ордина-Нащокина, прибывшего для подготовки посольства в Турцию, а также для проверки возможности совместных действий Молдавии и России против Порты. Но внутренняя обстановка в обеих странах и международное положение не способствовали этому.
    Только после 1654 г., когда было провозглашено присоединение Украины к России, в международной обстановке намечаются перемены: оформляются два основных противостоящих блока стран. С одной стороны — Речь Посполитая в союзе с Крымом, с другой — соединенные Россия и Украина. В этих условиях Молдавия становится объектом дипломатической активности обоих блоков.
    В феврале 1654 г. в Молдавию и Валахию Москва шлет своего посла, дьяка Посольского приказа Гаврила Самарина, с обращенной к господарю просьбой не оказывать военной помощи польскому королю. Георге Стефан, молдавский господарь, хотя и пообещал выполнить просьбу, но, принужденный обстоятельствами, всё же выступил на стороне поляков. Правда, это не помешало Стефану просить Алексея Михайловича о принятии Молдавии в русское подданство.
    В апреле 1654 г. русское правительство дало согласие и написало Георге Стефану: «Под нашу царского величества высокою руку тебя, Стефана-воеводу, владетеля Молдавские земли, со всею Молдавскою землею приняти вели».
    А весною 1656 г. из Ясс в Москву отправилось Великое посольство во главе с митрополитом Гедеоном и логофетом Григорием Нянюлом. Послы привезли текст с условиями, на которых княжество должно было перейти в русское подданство.
    В июне 1656 г. русское правительство сообщило о принятии представленных молдавской стороной условий. Митрополит Гедеон 7 июня 1656 г. принес патриарху всея Руси Никону присягу на верность России от имени молдавского духовенства, господаря Георге Стефана и жителей княжества.
    В Молдавию должны были отправиться русские послы П.Жмакин и И.Баклановский, чтобы принять присягу от самого господаря. Но вновь изменившиеся международные условия отложили окончательное оформление русско-молдавского договора. Однако по-прежнему сохранялась ориентация молдавского общества на Россию.
    Просьбы о принятии Молдавии под руку Москвы следовали с завидной настойчивостью: в ноябре 1660 г., 27 февраля 1674 г. и т.д. Пожалуй, в конце XVII — начале XVIII в. в Молдавии не было ни одного господаря, который, придя к власти, не обращался бы за помощью и покровительством к России.
    Господари Антиох Кантемир, Константин Духа и Михаил Раковица неоднократно ходатайствовали о том, чтобы русское правительство приняло их «под свою милость», сообщали сведения о положении в Османской империи.
    Значительно увеличился и поток эмигрировавших в Россию молдаван — представителей самых разных слоев населения. Многие из них поступали на службу в русскую армию. Всё это укрепляло ориентацию на Россию.

    На рубеже XVII—XVIII вв. вопрос о Молдавском княжестве начинает занимать существенное место во взаимоотношениях России и Османской империи.
    Россия придавала большое значение установлению связей с Молдавией и Валахией, справедливо рассматривая эти княжества как возможные опорные пункты в борьбе против Турции. Еще в конце XVII в. Россия искала союзников для совместных выступлений против Османской империи и для борьбы за выход к Черному морю.
    Участвуя в 1697—1698 гг. в Великом посольстве, Петр I убедился, что идея совместного выступления против Османской империи не пользовалась поддержкой правительств великих держав. Поэтому Петр на время отложил решение черноморских проблем.

    Россия и Молдавия в первой половине XVIII столетия

    В начале XVIII в. укрепление русско-молдавских связей приобрело для нашей страны особый смысл. Занятое Северной войной и стремившееся к сохранению мирных отношений с Турцией, русское правительство рассчитывало получать из Молдавии и Валахии подробные сведения о турецких и трансильванских делах, о положении на Балканах.
    Петр прекрасно понимал, что мирные отношения с Портой носят временный характер и стремился укрепить военно-политические связи с Молдавией. Это подтверждают тайные переговоры в Яссах между русским посланником князем Дмитрием Голицыным и господарем Константином Дукой в 1701 г., на которых, не в первый уже раз, молдавский правитель просил принять его страну в русское подданство.
    Но тогда Россия не смогла удовлетворить просьбу Молдавского княжества, хотя была готова оказать ему «всякое милостивое споможение». Тем не менее московские, а затем петербургские власти весьма последовательно стремились решить сразу две задачи: способствовать освобождению единоверных угнетенных народов и усилить свои позиции в регионе.

    Русско-турецкие войны и другие вооруженные конфликты XVIII столетия открыли новый этап в политических судьбах Молдавии, тем более что они не раз велись на ее территории.
    Действенность военно-политического союза доказала Полтавская битва, в которой на стороне русских участвовали тысячи молдавских добровольцев. В сводке о военных действиях под Полтавой за 17 мая 1709 г. и в походном журнале Петра I сообщалось, что в ночь с 17 на 18 мая молдавский военный отряд, форсировавший реку Ворсклу, напал на шведский лагерь и захватил богатую добычу.
    Прочность связей между Россией и Молдавией доказывало и расширение тайных сношений между ними.
    В 1706 г. по приказу Петра была учреждена «тайная почта через Волошскую землю», а в 1707 г. в России был организован специальный полк из молдаван под командованием Апостола Кигича.

    ойна, объявленная 9 ноября 1710 г. Турцией России, породила новые надежды у молдавского народа. Но еще накануне войны русский посол в Константинополе П.А.Толстой установил тайную связь с Д.Кантемиром, который обещал — после вступления на молдавский престол — в случае начала русско-турецкой войны стать союзником России.
    К началу войны существовал также устный договор между русским правительством и валашским господарем К.Брынковану. Согласно этому договору, в случае войны России с Турцией Валахия должна была во время нахождения русской армии на территории Дунайских княжеств обеспечивать союзников продовольствием и выступить против общего врага. Россия обещала взять под свое покровительство независимую Валахию и защитить ее от посягательств внешних врагов.
    Заняв господарский престол, Д.Кантемир в условиях начавшейся русско-турецкой войны получил реальную возможность для осуществления своих давних планов освобождения княжества от османского ига. Он, воспользовавшись официальным поручением великого визиря, посылает своих людей к Петру. В конце декабря 1710 г. представители господаря Илья Абаза и Иван Миреску тайно встретились с царем в Киеве и передали ему предложения о заключении русско-молдавского договора.
    В начале января к Петру был послан капитан Прокопий, который от имени господаря обещал, «ежели пустится царь московский с войсками своими против турок, будет и он с ним заодно».
    А уже в апреле 1711 г. к Петру приехал специальный посланец Д.Кантемира, вистерник Стефан Лука, с предложением о заключении военно-политического союза между Молдавией и Россией против Порты. В ответ царь специальной грамотой-дипломом на имя Дмитрия Кантемира от 13 апреля 1711 г. подтвердил все пункты договора, присланного молдавским господарем через своего уполномоченного.
    Договор, подписанный в Луцке, подтверждал восточную границу Молдовы по Днестру. В договоре предусматривалось, что «древним обычаем Молдовы вся государственная власть будет в руках господаря».
    Договор состоял из 17 статей. В первой статье указывалось, что царь берет «под защищение» и господаря, и весь молдавский народ. Предусматривались также совместные действия Молдавии и России против Османской империи. Для этих целей Молдавия должна была выставить 10-тысячное войско.
    С освобождением от османского ига княжество избавлялось от уплаты дани и других поборов в пользу Порты, восстанавливались его границы, существовавшие до установления владычества султана. В дальнейшем Молдавия должна была находиться под покровительством России.
    Гарантировались территориальная целостность и невмешательство царского правительства во внутренние дела вассалов.
    В княжестве устанавливалось династическое правление рода Кантемиров. Если неблагоприятные обстоятельства заставят господаря покинуть свои владения, договор гарантировал ему проживание в России.
    В марте 1711 г. Петр I обратился с манифестом к балканским народам и указал, что война, начатая турками против России, является в то же время большой угрозой для греков, молдаван, болгар и других народов. Петр призвал их к совместной борьбе против Османской империи.
    Заключив военно-политический союз с Молдавией, Петр I отдал фельдмаршалу Б.Шереметьеву приказ готовить армию к форсированию Днестра.

    С вступлением русских войск на территорию Молдавии господарь обратился к населению страны с манифестом. Перечислив все бесчинства турецких завоевателей, правитель призвал народ «поспешить объединить наше оружие с его [царя] и всей нашей доблестью и всей нашей силой противостоять насилиям и нашествию варваров».
    Весть о вступлении русской армии в Молдавию послужила поводом к стихийным волнениям. 1 июня 1711 г. в Яссах и других городах княжества начались выступления городских низов против турецких купцов и ростовщиков. Особый энтузиазм вызвало появление на территории Молдавии полка А.Кичеча.
    17 мая 1711 г. со специальным универсалом к молдавскому народу обратился Б.Шереметьев. Он призвал всех честных людей, желающих освободить свое отечество от турецкого владычества, взяться за оружие и вместе с русскими солдатами громить коварного врага.
    В ответ на призыв русского командования, царское воззвание и господарский манифест со всех концов страны начали стекаться к Яссам и вступать в армию тысячи крестьян, ремесленников, служилых людей. Спустя полмесяца на военной службе уже состояли 17 полковников и 170 ротмистров со своими подразделениями (стягурями), в каждом из которых должно было быть по штату 100 человек.
    Среди вновь созданных молдавских частей в исторических документах упоминаются полки Накулова, Киржева, Абазина. В течение 15 дней было набрано в молдавскую армию еще около 10 000 человек, которые вместе с русскими солдатами сражались у Новых Станилешт.
    Кроме вновь созданных полков туркам противостояли и ранее сформированные, в том числе созданные еще в XVII в. три волошских легкоконных хоронгви под командованием Апостола Кичеча — численностью около 320 человек. В конце же 1709 и в 1710 г. в России были сформированы еще два волошских полка, насчитывавших около полутора тысяч человек.
    К началу Прутского похода 1711 г. в России числились 6 волошских полков и 2 хоронгви (хоругви): сербская и польская. (Использованные здесь цифровые данные в основном почерпнуты из изданий: Кириченко Н.П. К вопросу об участии молдавского народа в Прутском походе русской армии 1711 г. Кишинев, 1958; Цвиркун в.И. Переселение молдаван в Россию и формирование легкоконных полков русской армии в первой половине XVIII в. Кишинев, 1965).
    На территории, охваченной военными действиями, в тылу у турок, действовали разрозненные молдавские отряды. Так, в Оргеевском уезде существовал отряд сердаля Донича; в состав подразделения входили в основном крестьяне и ремесленники Оргеевского и Апушнянского уездов.

    Прутский поход не привел к освобождению Молдавии от турецкого ига. Тяжелое положение русской армии, окруженной превосходящими силами врага, отсутствие запасов продовольствия и фуража заставило Петра через вице-канцлера Шафирова предложить командующему османскими войсками визирю Махмету Балтаджи начать переговоры о мире.
    Мирный договор был подписан 12 июля 1711 г. у села Вадул Хушилор. Он предусматривал уход русской армии с оружием и знаменами из Молдавии. Вместе с нею за Днестр ушли и молдавские полки под командованием братьев Танских, Апостола Кичеча, Накулова, Киржева, Абазина и др.
    Позднее эти части были расформированы. В составе русских регулярных войск было оставлено только одно молдавское подразделение в 250 человек под командованием полковника Левашова. Однако и после окончания Прутского похода в русской армии сохранилось много молдавских нерегулярных подразделений.
    По Прутскому договору 1711 г. Турции возвращались Азов и Таганрог, разрушались некоторые мелкие крепости и обеспечивалось свободное возвращение Карла ХII из-под Бендер в Швецию.
    Прутский поход 1711 г. положил начало совместной вооруженной борьбе России и Молдавии против Османской империи, укрепил ориентацию Молдавии на Россию.

    Дальнейшее упрочение военно-политического союза России с Молдавией наметилось во время австро-турецкой войны 1716—1718 гг. Тогда влиятельная часть молдавского боярства надеялась на то, что Россия выступит против Османской империи. Так, молдавский митрополит и два представителя рода Стурдза, бежавшие в Россию, обратились через Д.Кантемира к Петру с просьбой освободить Молдавию от османского владычества.
    Д.Кантемир, в свою очередь, с аналогичной просьбой обращался к Петру и канцлеру Г.И.Головину (в 1717 и 1718 гг.). Но тогда Россия не могла выступить против турок, так как вела военные действия на Балтике.
    Правда, продолжались тайные связи Молдавии с Россией; их поддерживал молдавский боярин Анастасий Лупу. Он, в частности, ездил в 1721 и 1723 гг. к Д.Кантемиру с информацией о положении в княжествах. В своих письмах к русскому правительству боярин сообщал о желании молдавского народа принять русское подданство.

    Следующая русско-турецкая война (1735—1739) позволила молдавскому боярству и духовенству установить прямые связи с русским командованием и вести с ним переговоры о дальнейшей судьбе княжества.
    Важным событием на первом этапе войны стала миссия валашского ворника П.Драгунеску в Россию осенью 1736 г. От имени большой группы бояр, не желавших оказаться под властью Габсбургов, он просил Россию организовать поход в направлении Днестра и Дуная, обещая всевозможную поддержку. В то же время Драгунеску выступал в России ходатаем и за молдаван, так как в силу географического положения Валахия не могла перейти под протекцию России без освобождения от османского владычества Молдавии.
    Во второй половине 1737 г. валашские бояре направили нескольких посланцев в Россию. Просьбы были восприняты благосклонно. В 1739 г. военные действия были перенесены в Молдавию.
    В связи с началом похода в эту страну по русской армии был отдан приказ, в котором говорилось следующее: «Здешней земли подданным … никаких обид не чинить… Кто сие учинит, без пощады казнены будут смертью».
    8 августа Миних издал манифест с призывом к молдавскому населению включиться в борьбу против османов. За доставку продовольствия русское командование обещало платить «настоящей ценою»; гарантировались также «всякое благодеяние и защищание».
    В составе русской армии появились сербский и венгерский гусарские полки, началось формирование отдельного молдавского корпуса (был создан к весне 1739 г.) в 700—800 человек. Во главе корпуса был поставлен прибывший в Россию в 1738 г. Константин Кантемир. Созданные полки приняли участие в русско-турецкой войне 1735—1739 гг. и русско-шведской 1741—1743 гг. В кампанию 1739 г. корпус удвоил численность и действовал во всех основных операциях.
    Не остался в стороне и молдавский народ. В документах того времени сообщались следующие сведения: «Не проходило дня, чтобы в штаб не являлись валашские и молдавские офицеры с солдатами, объявляя о желании вступить в русскую армию».
    Так, 31 июля 1739 г. в штаб русской армии прибыло 5 ротмистров со 176 рядовыми; 6 августа — ротмистр Курт с несколькими волохами. Даже Миних, который не проявлял достаточного искусства в отношениях с населением, в одном из донесений отмечал, что народ здешний к русской армии и России «весьма благосклонен».
    В княжествах началось крестьянское движение. Это приводило к тому, что некоторые населенные пункты (например, Фокшаны) русские войска занимали при помощи «поднявшихся крестьян».

    Во время кампании 1739 г. русские войска одержали на территории княжества первые победы над османами и временно освободили Молдавию от османского гнета. 17 августа в сражении при Ставучанах русские нанесли поражение армии Вели-паши, обратили ее в бегство и взяли крепость Хотин.
    Успеху кампании способствовали сведения, полученные из Молдавии и окрестных районов. Руководил работой по сбору информации бывший посол России в Стамбуле И.И.Неплюев. Большой вклад в победу внесли молдавские добровольцы, которые участвовали в боевых действиях и оказывали посильную помощь летучим русским разведывательным отрядам, направляемым в глубь страны.
    Второй этап кампании начался походом отряда К.Кантемира на Яссы. 1 сентября 1739 г. К.Кантемир вступил в город. Вслед за его отрядом выступили и основные силы русской армии. Солдат и офицеров Миниха встречали как освободителей.
    5 сентября представителями местной власти и командующим русской армией был составлен договор, который должен был закрепить и оформить присоединение Молдавии к России. Подписанный 22 представителями Молдавии, договор еще до ратификации стал документом, регулирующим взаимоотношения между русской армией и властями княжества.
    По этому соглашению Молдавия переходила в русское подданство и обещала не иметь связей с врагами России. Княжество обязывалось снабжать продовольствием русскую армию в 20 000 человек, разместить русские гарнизоны по крупнейшим городам и обеспечивать войска союзников транспортом, а в случае необходимости давать до 3000 рабочих. Суды и учреждения должны были оставаться прежними и руководствоваться ранее принятыми законами.
    Соглашение предусматривало также ликвидацию турецкого господства и защиту Молдавии силами русской армии, при этом сохранялась полная автономия княжества во внутренних делах. Молдаване обязывались признать Анну Иоанновну «всемилостивейшею и настоящею государынею».
    Договор был очень выгодным для Молдавии — как, впрочем, и для России. Но на практике он не был реализован. Подписание документа было сорвано венским двором, который заключил сепаратный мир с Портой.
    Третий этап кампании начался во второй половине сентября 1739 г. Важнейшими событиями явились заключение Россией мира с Османской империей и уход нашей армии из княжества; только в Хотине оставался русский гарнизон.
    Белградский мир 1739 г. не отражал реального соотношения сил, а был результатом международной дипломатической игры. По условиям договора Молдавия была возвращена Турции. Боясь мести турок, вместе с русской армией ушли многие молдаване, участвовавшие в войне, в том числе и митрополит Антоний, который руководил переговорами бояр о переходе княжества в русское подданство.
    Результат войны не оправдал надежд на освобождение балканских народов от османов. Остался неизменным и международный статус княжеств. В 1740—1760-х гг. Молдавия могла официально участвовать в международных отношениях лишь в той мере, в какой это требовалось Порте.
    В основном положение Молдавии в этот период определялось ходом борьбы европейских стран за разрешение восточного вопроса. В регионе одна за другой велись две войны: русско-турецкая 1768—1774 гг. и австрийско-турецкая. По Молдавии передвигались большие армии, происходило много сражений, которые тяжело отражались на жизни местного населении. В этих войнах решалась и историческая будущность Молдавии.

    Продолжение в одном из ближайших номеров

     

    TopList